Читаем Письма Баламута полностью

Письма Баламута

If it gets too strong it may wake him up and spoil the whole game.	Если она усиливается, она может пробудить человека и испортить всю нашу работу.
On the other hand, if you suppress it entirely--which, by the by, the Enemy will probably not allow you to do--we lose an element in the situation which can be turned to good account.	С другой стороны, если ты заглушишь эту тревогу полностью, чего, вероятнее всего, Враг тебе сделать не позволит, мы упустим возможность обернуть ее себе на пользу.
If such a feeling is allowed to live, but not allowed to become irresistible and flower into real repentance, it has one invaluable tendency.	Если же позволить ей развиваться, но не до таких пределов, когда она становится неотступной, переходя в подлинное покаяние, она приобретет одно неоценимое достоинство.
It increases the patient's reluctance to think about the Enemy.	Пациенту будет все труднее думать о Враге.
All humans at nearly all times have some such reluctance; but when thinking of Him involves facing and intensifying a whole vague cloud of half-conscious guilt, this reluctance is increased tenfold.	Все люди во все времена в какой-то степени испытывали эту неохоту. Но если мысль о Нем поднимает в человеке целый ряд полуосознанных грехов, эта неохота усиливается.
They hate every idea that suggests Him, just as men in financial embarrassment hate the very sight of a pass-book.	Тогда он возненавидит всякую свою мысль, напоминающую о Враге, как близкому к банкротству человеку ненавистен один вид банковской книжки.
In this state your patient will not omit, but he will increasingly dislike, his religious duties.	В этом состоянии твой пациент проникнется неприязнью к своим религиозным обязанностям.
He will think about them as little as he feels he decently can beforehand, and forget them as soon as possible when they are over.	Прежде чем приступить к ним, он будет думать о них настолько мало, насколько это еще допускает чувство приличия, и по их окончании он будет забывать о них как можно быстрее.
A few weeks ago you had to tempt him to unreality and inattention in his prayers: but now you will find him opening his arms to you and almost begging you to distract his purpose and benumb his heart.	Несколько недель назад тебе приходилось искушать его фантазиями и невнимательностью во время молитвы. Теперь он примет тебя с распростертыми объятиями и почти начнет упрашивать, чтобы ты отвлек его и опустошил его сердце.
He will want his prayers to be unreal, for he will dread nothing so much as effective contact with the Enemy.	Он сам захочет, чтобы его молитвы не были сердечными, ибо ничто не испугает его больше, чем непосредственное присутствие Врага.
His aim will be to let sleeping worms lie.	Он станет стремиться к тому, чтобы спящая совесть лгала.
As this condition becomes more fully established, you will be gradually freed from the tiresome business of providing Pleasures as temptations.	Когда это состояние в нем укрепится, ты мало-помалу освободишься от утомительной обязанности использовать удовольствия в качестве искушений.