Читаем Письма полностью

Но это вопрос цвета, а вопрос формы занимает меня значительно больше на том уровне, на котором я нахожусь. Выразить форму, я уверен, можно лучше всего с помощью почти монохромной палитры, тона которого различаются главным образом своей интенсивностью и качеством. Например, «Источник» Жюля Бретона написан почти одним цветом. Но необходимо изучать каждый цвет сам по себе, а также контрастные ему цвета, и только тогда можно быть уверенным, что тебе удалось достичь гармоничного результата.

Когда здесь лежал снег, я написал несколько этюдов нашего сада. С тех пор пейзаж очень изменился. Теперь у нас прекрасное вечернее небо – лиловое с золотом – над темными силуэтами домов между массами деревьев рыжеватого цвета, над которыми возвышаются голые черные тополя. На переднем плане выцветшая зелень, перемежающаяся с полосками черной земли и зарослями бледного, высохшего камыша по берегам канала.

Середина марта 1885

396

Если говорить обо мне сейчас, то я все еще не могу показать, пожалуй, ни одной картины и даже ни одного рисунка.

Но этюды я делаю. Именно поэтому я очень хорошо представляю себе, что может наступить время, когда я тоже научусь быстро делать композиции. Кроме того, трудно сказать, где кончается этюд и начинается картина.

Я сейчас размышляю над более крупными, более совершенными вещами, и поскольку я понимаю, как воспроизвести то, что существует в замысле, я оставлю у себя этюды, потому что они мне определенно нужны. Это будет, например, что-то вроде этого.

Это фигуры на фоне света, проникающего сквозь окно. Я уже сделал этюды голов и на фоне света, и освещенные им, и я уже несколько раз работал над целой фигурой женщины, занятой наматыванием пряжи, шитьем, чистящей картофель. Крупным планом в фас и профиль – это очень трудный опыт. Но я думаю, что научился делать еще кое-что новое.

5 апреля 1885

398

Я потрясен случившимся [смертью отца Винсента и Тео], и я просто продолжал писать два воскресенья подряд.

Вот тебе еще наброски: мужская голова и натюрморт с цветами люпина, сделанный в той же манере, что и работы, которые ты увез с собой. На переднем плане – одна из папиных трубок и кисет с табаком. Если ты захочешь оставить эти наброски себе, то я буду только рад.

9 апреля 1885

399

Вкладываю в письмо два листа набросков, сделанных с нескольких этюдов; а я теперь снова пишу крестьян, сидящих вокруг тарелки с картофелем. Я только что вернулся домой, мне придется еще немного поработать при свете лампы, хотя на этот раз я начал их еще днем.

Ты сможешь увидеть, как сейчас изменилась композиция. Я написал этюд на довольно большом холсте; в нем, как ты можешь судить по наброску, присутствует жизнь.

21 апреля 1885

402

Существует – я уверен – школа импрессионистов. Но я мало осведомлен о ней. Однако я знаю, кто эти самобытные индивидуальности, вокруг которых – как вокруг оси – будут вращаться и пейзажисты, и художники, изображающие жизнь крестьян. Это Делакруа, Милле, Коро и прочие. Таково мое собственное впечатление, выраженное, возможно, неточно. Я хочу сказать, что существуют правила и принципы (более чем даже отдельные личности) или, если угодно, фундаментальные истины как для рисунка, так и для цвета, которые проявляются, когда ты находишь в искусстве нечто подлинное.

Для рисунка это, например, вопрос изображения фигур в круговой композиции внутри окружности, словно бы поместив себя в некое округлое пространство земли, о котором уже имели представление древние греки и которое останется неизменным, пока существует мир. Для цвета – это извечный вопрос, на который, например, Коро первым ответил Франсэ, когда Франсэ (у которого уже было имя) спросил Коро (который до сих не имеет иного имени, нежели негативное). Итак когда он (Франсэ) пришел к Коро и спросил: «Что такое неоднородный тон? Что такое нейтральный тон?»

Это легче показать на палитре, нежели объяснить на словах.

И чем, например, картина, над которой я сейчас работаю [ «Едоки картофеля»], отличается от сцен, написанных при искусственном освещении такими мастерами, как Джордж Доу и Ван Скендель. И стоит лишний раз вспомнить, что одним из самых удивительных достижений художников этого века было изображение тьмы, которая одновременно является цветом. Словом, прочитай еще раз то, что я написал, и ты поймешь, что это вовсе не лишено смысла и что это нечто, что я всегда держу в голове, когда занимаюсь живописью.

Надеюсь, мне повезет с картиной «Едоки картофеля». Кроме этого я пишу также красный закат. Чтобы изображать жизнь крестьян, нужно быть мастером в большом количестве деталей. С другой стороны, я не знаю, где бы мне работалось так спокойно – я имею в виду прежде всего душевный покой, даже если приходится бороться со всевозможными материальными трудностями.

Апрель 1885

403

Я хотел, чтобы ты знал, что я упорно работаю над «Едоками картофеля» и снова написал несколько этюдов голов. Особенно упорно мне пришлось поработать, чтобы изменить положение рук.

Мне очень бы хотелось придать этому изображению жизнь.