Читаем Письма 1886-1917 полностью

Итак, на пасхе играем в Харькове, потом в Одессе ⁶. Я уже поручил брату подготавливать публику к нашему приезду. В Харькове у него большое знакомство и некоторое влияние. Он же поможет нам и со статистами. Лучше всего их набрать из платных студентов (они привлекут публику). Относительно поста — убедительно прошу, не торопитесь. После первого сезона мы все развалимся. Не забудьте, что первые две недели поста пройдут в том, чтобы выбраться из щукинского театра, и в отыскании помещений для сохранения нашего обширного и ценного имущества.

Симов сдал 6 декораций. Не объявить ли Геннерту ⁷, что на следующий день [после] моего приезда назначается генеральная репетиция для декораций и костюмов, т. е. все одевают костюмы. Декорации (готовые) устанавливаются. Актеры выходят на сцену — показывают костюмы. Режиссеры делают замечания и поправки. О!.. Вот непредвиденный расход… этот оркестр! Нельзя ли их за ту же сумму как-нибудь эксплуатировать? Будет ли музыка в антрактах?

Симон ⁸ опять не понял меня, и как бы он не накатал музыку (симфонию) для оркестра в «Шейлоке». Я мечтаю о самом маленьком, жиденьком оркестре (преимущественно струнные инструменты, арфа, флейта, кларнет) с шестью музыкантами, не больше, — только тогда сцена Бассанио будет сентиментальна, наивна и мила, как сам Карпаччо — мил и наивен ⁹.

Мне представляется, что «Ганнеле» придется ставить раньше, чем мы предполагали, и, конечно, она пойдет скорее, чем, например, «Антигона». Хорошо бы, если бы ученики Филармонии поскорее принялись за разучивание хоров. Не знаю, я как-то плохо рассчитываю на аккуратность школьников — не запастись…[22] ли нотами (вторые голосовые экземпляры) и не передать ли их для просмотра Васильеву (содержатель хора) — на всякий случай?

Очень благодарю Вас за присылку репертуара (распределение репетиций) и распределение ролей «Федора». Не могу понять, кто это Загаров (Старков), уж не новый ли актер ¹⁰?

Очень благодарю также и за набросок Дорна… ¹¹. Ох, как я его боюсь! После Вашего письма еще более. Уж очень велики и ответственны требования к этой на первый взгляд незначительной роли. Спокойствие — это, пожалуй, у меня выйдет… но умен, мягок, добр, красив, элегантен — уж очень много достоинств и оттенков, при малом количестве слов и действия… Это меня пугает. Больше же всего я боюсь остаться в этой роли самим собой, со своими индивидуальными свойствами, боюсь играть эту роль на своих, общих тонах… У меня [на]ввертывался какой-то тон, [ориг]инальный как будто бы…[23] ожиревшего, провинциального, постаревшего Дон Жуана, [го]ворящего тенором и когда-то местного любимца-певца, но этот господин уже потерял свою элегантность, за исключением Треплева и Нины — относится ко всем легко, с некоторым сарказмом. Тот мог балансировать на качалке, а Ваш Дорн, конечно, не может этого сделать… ¹². Теперь ухожу от этого тона и ищу новый… Что-то будет, боюсь!..

Молодчина Вальц… ¹³. Надо дать роль его жене в клубных спектаклях, она мне все пишет восторженные письма. Что касается мальчиков-певчих в «Ганнеле», то их можно избежать, как мы делали и в Солодовниковском театре. Хорал пел женский хор, за сценой, а мальчики на сцене были набраны из обыкновенных статистов (по 20 к. с физиономии). Конечно, Александр Акимович ¹⁴ разошелся: 90 человек на щукинской сцене, да еще при том условии, что сцена сжата амфитеатром, да еще при классической [фее]рии. Напомните ему, что в… Солодовниковском театре в «Отелло»… в массовых сценах с солдатами — от 60 до 70 человек, и на сцене было очень тесно.

Я поправляюсь не очень хорошо, по крайней мере пока не толстею. По весам (может быть, они врут) — сбавил здесь 2 фунта. Отчего?… не знаю… Когда высыпаюсь, чувствую себя хорошо, но не всегда это удается благодаря невозможному шуму, который производят дети с раннего утра. Погода здесь все время плохая и холодная… Жена тоже чувствует себя не очень хорошо. Еще не вошли в норму. Сегодня получили телеграмму, что дядя жены брата, у которого я теперь нахожусь, умирает. Она уезжает, оставляя детей жене. Теперь я остаюсь единственный мужчина в доме. Ввиду этого до их возвращения, т. е. до 16-го, 17-го, мне не удастся уехать — ничего?… 17-го я, наверное, уеду и буду в Москве 19-го утром… Не взыщете?… Я думаю, что первые четыре дня в театре пройдут в выметании… Раньше четырех дней не войти в театр. [Если] Вы найдете необходимым, [чтобы] я приехал раньше, — телеграфируйте, приеду. Прилагаю записку [мо]их вопросов, которые пришли мне в голову.

Прошу Вас передать мой низкий поклон уважаемой Екатерине Николаевне как от меня, так и от жены.

Уважающий Вас

К. Алексеев.