Читаем Письма 1875-1890 полностью

Я здоров, но настроение у меня скверное. С ним, т. е. с таким настроением, Вы достаточно знакомы, а потому рисовать его не стану. Иметь больного брата - горе; быть врачом около больного брата - два горя.

В Москве гостит А. Н. Плещеев. Сейчас обедал с ним у Островского (брата драматурга). Хороший старик. Жаль только, что этим летом он не приедет на Луку. Кстати, где-то около Луки проф. Манассеин нанял себе дачу. Будем приглашать его на консилиум и конфузиться перед бездною его премудрости. Прежде на консилиумах я сильно конфузился, но теперь держу себя храбро, но Манассеина, должно быть, испугаюсь. Ведь редактор! Подумать страшно.

Если Николаю станет легче, что очень возможно, то в июне или в июле я поеду в Кисловодск, где открою лавочку и буду лечить дам и девиц. Чувствую медицинский зуд. Опротивела литература.

Надеюсь, что все Ваши здоровы и веселы. Будьте добры поклониться им и пожелать всего хорошего. Душевно преданный

А. Чехов.

Недавно я был в Харькове и виделся с Тимофеевым. * перерыв (лат.).

636. А. С. СУВОРИНУ

17 апреля 1889 г. Москва.

17 апрель.

Вы завидуете моей молодости, а я завидую Вам, что Вы едете в Тироль. Давайте поменяемся.

Итак, значит, летом мы не увидимся. До самого ноября я не увижу ни Вас, ни Анны Ивановны и не буду купаться в Феодосии. Обидно, ибо скучища летом будет ужасающая. Мне снилось, что я получил Станислава 3 степени. Мать говорит, что мне предстоит нести крест. Сон, вероятно, сбудется, ибо дела художника совсем плохи.

Я избран в комитет Общества драматических писателей. Новых порядков не ждите. До тех пор не ждите этих порядков, пока в Обществе будут больше всех говорить и протестовать те, кто меньше всего заинтересован в делах Общества. Посылаю Вам маленькую глупость, направленную против бунтарей, которые, если им дать волю, ухлопают Общество. Коли годится, напечатайте ее вместо субботника или как хотите, а коли не годится, то я пошлю ее в "Пет«ербургскую» газ«ету»".

Получил я вчера от Алексея Алексеевича из Курска "бюллетень весны" с такой, между прочим, фразой: "теплота, свежесть и ласковость в воздухе…"

Нe имея возможности писать роман, начал от скуки "Лешего". Выходит скучища вроде "Натана Мудрого". Все-таки уверяю Вас, что рано или поздно я сдеру с дирекции 5-6 тысяч в один сезон. Ах, как надменно я тогда буду смотреть на Вас!

Вашу "Татьяну" дают в Москве с изменениями. Так, Медведева не появляется в III акте.

Не жениться ли мне? Или не уехать ли врачом на пароходе Добровольного флота?

Поговорите с Щегловым насчет убийства Бунаковым девицы Шаршавиной. Интересное дело, и фельетоны будут интересные. Щеглов мне не пишет. Очевидно, сердится за "Журавля в небе".

Будьте здоровы.

Непременный член по драматическим делам присутствия

Ваш начальник

Чехов.

637. Ф. О. ШЕХТЕЛЮ

19 апреля 1889 г. Москва.

Милый Франц Осипович! Буде Вы не переменили своего намерения повидаться с Николкой, то ведайте, что в субботу на этой неделе он и я уезжаем на юг.

Теперь он ходит по комнатам. Тиф давно уже прошел, но легкие шалят по-прежнему.

Будьте здоровехоньки. Не встретимся ли мы с Вами на Кавказе? Я буду там в июне-июле.

Ваш А. Чехов. На обороте:

638. Н. Н. ОБОЛОНСКОМУ

20 апреля 1889 г. Москва.

Четверг.

Милый Николай Николаевич, Суворина легче всего застать в 2-3 часа пополудни и после 6 вечера. Желаю Вам всего хорошего.

Ваш А. Чехов.

639. К. С. БАРАНЦЕВИЧУ

23 апреля 1889 г. Москва.

22 апр.

Милый коллега! завтра я еду на дачу. Адрес прошлогодний, т. е. Сумы, усадьба Линтваревой. По получении сего письма немедленно поезжайте в правление Вашей конно-лошадиной дороги и берите там отпуск. Вас ждут раки. Политико-эконом Воронцов уже живет на Луке и потирает руки в ожидании, когда он разобьет Вас в пух и в прах в литературном споре. Я тоже жду в надежде, что Вы проживете у меня недельки 3-4, попьянствуете со мной и опять дадите мне случай проводить Вас на вокзал и пережить прекраснейшее и оригинальнейшее утро, что Вы забудете у меня брюки и дадите мне возможность… впрочем, я надоел Вам. Ждут все, короче говоря. Если не приедете, то поступите так гнусно, что никаких мук ада не хватит, чтобы наказать Вас.

Быть может, Вам не хочется ехать ко мне? В таком случае я прошу жертвы. Будьте жертвою великой идеи. А моя идея - создать климатическую станцию для пишущей братии.

Я нанял у Линтваревых два флигеля. Тесно не будет. Насчет того, что Вы стесните нас, не может быть и речи. Из всех наших гостей Вы и Плещеев были самыми покойными и удобными гостями.

Прощайте, голубчик, и не забывайте нас грешных. Привет мои Вашей жене, гусикам и утикам.

Был ли у Вас Е. М. Линтварев и передал ли он Вам "В сумерках"?

Жму руку и пребываю душевно преданным, желающим всего хорошего, уважающим

А. Чехов.

640. А. С. СУВОРИНУ

22 апреля 1889 г. Москва.

22 апрель.