Читаем Письма 1833-1854 полностью

Полагаю, в последние дни Вы поняли, что Лемон великолепно сыграет сэра Джеффри? Думаю, Топхем будет восхитителен в роди Иси. Завтра вечером и во вторник мы репетируем в Ковент-гардене. Тогда будет ясно, что у нас получается. Преданный Вам, дорогой мой Бульвер.

Дамы кланяются.

Я написал королеве и отправил письмо через Фипса.

242

У. УИЛСУ

Грейт-Молверн,

пятница, 28 марта 1851 1.

Дорогой Уилс!

Прочту статью Дюма-младшего о смертной казни сегодня вечером. Не успею сделать это до последней почты (здесь ее отправляют слишком рано), так как у меня накопилось много писем, которые требуют ответа, но я отправлю ее утренней почтой, на случай, если Вам нужно будет знать мое мнение о ней днем в редакции. Вообще говоря, я не люблю, когда ради подобной цели описывают казни, - а этот француз вряд ли скажет что-нибудь утешительное. Впрочем, посмотрим.

В Вашем письме, которое мне переслали сюда, было прошение о воспомоществовании (и, пожалуй, уже двадцатое по счету, написанное тем же почерком) и подписанное: "Томас Льюис". Не могу понять, то ли он сумасшедший, то ли необыкновенно наглый бездельник. Пишу о нем только для того, чтобы предупредить Вас: ничего ему не давайте.

Все, что могу сделать для кебов, сделаю завтра *.

Искренне Ваш.

243

У. Г. УИЛСУ

Грейт-Молверн,

пятница вечером, 28 марта 1851 г

Дорогой Уилс, мне совсем не нравится статья молодогб Дюма. Опубликование такой статьи может быть оправдано лишь ее литературными достоинствами, но она крайне поверхностна и неудовлетворительна. Еще больше возражений вызывает то обстоятельство, что это перевод с французского. Я категорически против ее помещения.

Посылаю статью Честертона. В ней нет ничего особенного, называется она: "Хладнокровие воров". Если несколько смягчить самые грубые слова, а также слишком выспренние выражения, будет неплохо.

Преданный Вам.

244

У. Г. УИЛСУ

Девоншир-террас,

четверг утром, 3 апреля 1851 г.

Дорогой Уилс!

Во время вчерашней вечерней прогулки все прояснилось лишь в общих чертах.

Однако сегодня вечером я придумал, как раздобыть блестящий материал для номера. Имея в виду связь со статьей о газовом освещении (газ - это великое дело для успешной работы полиции), я задумал статью: "Ночь в полицейском участке". Если бы Вы посетили нашего друга в Скотленд-Ярде и взяли у него письмо или предписание главному начальнику полицейского участка на Боу-стрит, для того чтобы мы могли присутствовать при допросах арестованных, изучать жизнь полицейского участка всю ночь напролет, обойти камеры вместе с полицейскими и т. д., я бы мог пробыть там, скажем, с 12 ночи до 4-5 утра. В соседнем заведении можно выпить, закусить и обогреться. Мы пошли бы вдвоем, если бы Вам удалось урвать у ночи час-другой. Если нет - я пойду один. Статья будет просто великолепная и появится как раз вовремя, когда всякого рода иностранцы толпами устремляются в лондонские трущобы.

Не говорите, что я вхожу в подробности, хотя в этом нет еще пока необходимости, и не подымайте, конечно, что я предлагаю осуществить свой план сегодня ночью: я так утомлен моими печальными делами и предшествовавшими им обстоятельствами *, что даже не в состоянии отдохнуть как полагается. Но завтра вечером мы отправимся под газовые фонари. Вероятно, нескоро я буду так расположен посетить полицейский участок, как сегодня ночью, кроме того, я боюсь упустить этот единственный в своем роде восхитительный с литературной точки зрения материал.

Таким образом, если Вы устроите все до 4-х часов дня, когда я приеду, думаю, что никто в Скотленд-Ярде не откажет Вам. Если же нашего друга, волею судеб, не будет на месте, я займусь этим сам.

Возможно, они посоветуют нам посетить другой полицейский участок для той же цели или сочтут, что нам следует заглянуть в несколько участков под руководством надежных людей. Мы, разумеется, заплатим кому полагается и поступим так, как нам рекомендуют. Но я думаю, что лучше всего побывать в одном из главных полицейских участков.

Преданный Вам.

245

Э. БУЛЬВЕР-ЛИТТОНУ

Девоншир-террас,

понедельник, 28 апреля 1851 г.

Дорогой Бульвер!

Чувствую Ваше беспокойство и постараюсь отослать это письмо с посыльным. Надеюсь, оно успокоит Вас окончательно.

Герцог пьесу _прочитал_. Неделю тому назад он попросил ее, и она была ему доставлена. После чего он прибыл в Брайтон. В субботу утром он посетил нас, но меня не застал: ибо я уходил по делам, связанным с пьесой. Вчера я был у него в Девоншир-хаусе. Он знает пьесу почти наизусть, в полном восторге от нее, но воспринимает ее не без критики. В подтверждение последней фразы могу сообщить, что он сделал два или три критических замечания по поводу второстепенных, но сомнительных мест, ни одно из которых не ускользнуло от нашего внимания во время репетиций.