Читаем Письма 1833-1854 полностью

Вы не можете себе представить, что творилось при повешении Маннингов *. Поведение людей было неописуемо ужасным, мне еще долго казалось, что я живу в городе, населенном дьяволами. До сих пор я чувствую, что не мог бы приблизиться к этому месту. Письма мои по этому вопросу произвели большой шум *. Но у меня отнюдь нет твердой уверенности, что в связи с этим что-нибудь изменится, главным образом потому, что сторонники отмены смертной казни совершенно безрассудны и, по сути дела, ведут нечестную игру. Они погубят любое подобного рода предложение в парламенте, если только оно не встретит твердой поддержки правительства, чего наверняка не случится, так как девиз вигов "laissez aller" {Не вмешивайтесь (франц.).}. Думаю, что Пилю этого бы удалось добиться. Мне пришли на ум два факта, могущие послужить вескими доводами в защиту моей идеи. Первое - это бурное волнение по случаю того, что процессии, направляющиеся к месту казни, были отменены, и вместо Тайберна вся церемония происходила у ворот тюрьмы. Второе - то, что в наши дни, при том же британском правительстве в Новом Южном Уэльсе, казни совершаются _внутри тюрьмы_, что дает явно положительный результат. Я жду случая выпалить этот факт первой же влиятельной особе, которая предоставит мне такую возможность.

В противоположность Вам, у нас здесь не было и не предвидится никаких свадеб, хотя таковые и могли бы иметь место, но некая юная особа, которую Вы знаете, весьма разборчива *. Дети, слава богу, все здоровы. Чарли через неделю едет в Итон, экзамен он выдержал прекрасно. Кэт чувствует себя хорошо и вместе с Джорджиной присоединяется к моим заверениям в любви к Вам, миссис Сэржа и Холдимэнду, с которым (передайте ему!) я бы с радостью несколько часов посостязался в споре, сидя за его столом. О боже, до чего мы бывали упрямы! Я так и вижу, как он сидит, откинувшись на стуле, подняв указательный палец правой руки, и восклицает "помилуйте!" в ответ на какое-нибудь мое предложение и потом разражается смехом. И вдруг меня охватывает такое чувство, словно мы с Вами все еще сидим и беседуем, покуривая сигары, у дверей отеля Мартиньи, в доме звучит фортепьяно и голос леди Мэри Тэйлор. Я устремляю довольно унылый взор на мой сад (он весь в снегу), но, снова приободрившись, радостно предвкушаю новую экспедицию на Большой Сен-Бернар, во время которой миссис Сэржа и я будем смеяться так, как, пожалуй, еще никогда не смеялись, в одном из этих однобоких вагончиков. И когда мы снова узнаем от Холдимэнда, в маленьком, захудалом трактирчике за ленчем, как, отправляясь в путешествие, следует закрывать дверь, прислонив к ней наклонный стул, - помните?

Я очень надеюсь, что мы все еще увидимся, до того как облысеем. И с этой надеждой остаюсь, мой дорогой Сэржа, Вашим верным другом.

213

МИССИС МАКРИДИ

Девоншир-террас

среда, утром

Дорогая миссис Макриди!

Вернувшись вчера вечером домой к обеду, я нашел американскую газету, присланную мне Макриди. В первом порыве безграничного негодования я уже собрался идти к Вам, но, поостыв, решил, что не следует портить Вашу радость при мысли о его возвращении излияниями о том, какие чувства я питаю к ньюйоркцам.

Но одно я должен сказать - эта сцена удивила даже меня. Я очень хорошо знаю, что в первом городе Соединенных Штатов случаются вещи, которые не могли бы произойти в самом глухом уголке любой другой страны, однако гнусность всего этого и невыразимая низость пресловутого "общественною мнения", на которое неведомый мистер Кларк ссылается, оправдывая свой ангажемент, представляются мне страшнейшим покушением на разумную человеческую свободу.

Для Макриди это не имеет ни малейшего значения и лишь на две-три недели раньше извлечет его из этой проклятой (извините меня!) мешанины хвастливых претензий и шарлатанства. А это приятно нам всем.

Мне кажется, нам следует устроить для него обед ровно с таким числом приглашенных, чтобы он мог считаться званым, но не больше, - и выразить на нем благородное негодование по поводу этого происшествия.

Я обсужу все с Форстером. Сам же я считаю, что сделать это надо обязательно. Мы не имеем права смотреть на подобные вещи сквозь пальцы.

Искренне Ваш.

214

МИССИС ГАСКЕЛЛ

Девоншир-террас,

31 января 1850 г

Дорогая миссис Гаскелл!

Вы, быть может, читали объявления в газетах о моем намерении издавать новый общедоступный дешевый литературный еженедельник. Не знаю, каковы Ваши обеты в отношении литературной умеренности или воздержания, но поскольку я твердо знаю, что из ныне здравствующих английских писателей нет ни одного, чьей помощью я хотел бы заручиться скорее, чем помощью создательницы "Мэри Бартон" (эта книга глубоко тронула и взволновала меня), то решаюсь спросить Вас, могу ли я надеяться, что Вы согласитесь написать короткий рассказ или любое количество рассказов для предполагаемого издания?