Читаем PиRолиз полностью

В условиях всеобщего неприятия начальства, истеричных возгласов про номенклатуру и бюрократов, группа директоров разумно решила, что лично баллотироваться в депутаты и мэры все-таки не стоит. После чего в кратчайшие сроки была сформирована команда марионеток из числа лояльных начальству и не самых уродливых рабочих. Всем куклам было объявлено о задачах, которые им предстоит решать в областном и городском советах, упомянули также и о рычагах воздействия. Тогда большинство должностей были общественными и свои основные средства депутаты получали в заводских цехах, в которых числились мастерами, сварщиками, наладчиками.

Прошли выборы, народ с гиканием и улюлюканием, выбрал, как казалось, «своих рабочих парней», после чего началась работа.

Новоиспеченные депутаты получали четкие указания из директорских кабинетов, в областном собрании регулярно всплывали законопроекты о списании долгов заводов в областной бюджет, о размещении заказов городской администрации на производствах родного города. Например, вместо подводных лодок, за которые государство вдруг перестало платить, в цехах стали делать уличные скамейки, оплаченные из городского бюджета, и никого не волновало, что изготовление стоило в 5-7 раз дороже, чем закупка обычных лавочек.

Одним из «рабочих депутатов» был Юрий Бурков. Он регулярно поднимал руку за нужные законы, выступал перед бабушками с пламенными речами, не забывая в конце сыграть душещипательную песню на гитаре. Постепенно корпус заводских депутатов разваливался, кто-то спивался от безделья и халявных заводских денег, кто-то пытался углубляться в городские проблемы, понимал истинное положение вещей и вставал в оппозицию – их тут же сливали. Марионеточный мэр каким-то чудом сумел порвать веревочки и выйти в свободное плавание. После чего между городской и заводской администрацией началась война.

Хитрому Юрию удалось не спиться, не наделать глупостей, не оказаться в гуще военных действий. Поэтому к новым выборам (2 срока областным депутатом он уже отмотал) подошел с репутацией «хорошего рабочего парня», поддержкой заводской администрации, многокомнатной квартирой в областном центре и завязками с некоторыми бизнес-структурами, интересы которых он лоббировал в случаях, когда заводу вопрос, поставленный на голосование, был не интересен.

Если учесть, что судостроители не скупились на финансирование своих избранников, чтобы те вскоре превратились в народных, кампания предстояла нелегкая.

* * *

Получив от начальника штаба ЦУ (ценные указания) о закупке листовок и неплохой задаток, я, довольный, насколько это возможно при моем вздорном характере, ехал домой. Вообще, городской транспорт – это место, где можно посидеть и подумать о будущем (за исключением часов пик). Интересно, а если наплевать на деньги, то кто, все-таки, лучше, Воронович или Бурков? После недолгого размышления я пришел к выводу, что они оба похожи на человечков из «Лего» (шутники называли таких человечков – минифигами). Они одинаковы во всем кроме символически нарисованной одежды и не несут никакой практической пользы конструкции, на которую устанавливаются. Один будет качать из области деньги за топливо, а чтоб его резко не посадили, прикрываться мандатом. Другой тоже будет качать из области деньги, только не себе, а своим заводским хозяевам.

Решающий фактор для будущего политика: Воронич платит деньги. На этом с муками совести было покончено.

– Привет, Алексей. Как жизнь, как сам?

– Бьет ключом и все по голове.

От глобальных мыслей меня отвлек руководитель молодежного отделения ЛДПР «Соколы Жириновского» – Ваня. У гордореченского отделения ЛДПР была очень хорошая черта – добиваться результатов малыми затратами. Собрав в городе всех обиженных, социально неадаптированных и не нашедших себя людей, поклонники Вольфовича основательно промыли им мозги, снабдили красочными журналами и кассетами и четко объяснили кто тут подонки. Подонками объявлялись все, кто не состоял в партии с голубым флагом ЛДПР.

Ваня был из неполной семьи, учился в профтехучилище, и единственной отдушиной в его жизни была политика. Он искренне верил, что, раздавая на улице буклеты и освистывая неугодных партии людей, вершит великое дело преобразования Родины. В свою очередь руководители подкидывали ему работенку за всяких отстойных кандидатов, которые при этом исправно платили пусть и небольшие, но деньги. По-моему, мне везет: если действовать аккуратно, можно заполучить опытную бригаду агитаторов.

– Какие новости? На кого работаете на этих выборах?

– Да хрен его знает, руководство мутит чего-то: ребята, скоро надо будет поработать! А на кого – не говорят.

А вот тут кто-то пытается меня напарить. Ты, Вань, пачку с листовками за Буркова поглубже в пакет прячь, а то фамилию видно.

– А мне, можно сказать, повезло, работаю на нефтянку. Воронович – король мазута, денег не меряно. Представляешь, недавно предложил скупать чужие листовки, чтобы до избирателя не доходили, за каждую по рублю платит.