Читаем Пиратская доля (СИ) полностью

– Капитан Коуэлл, – спокойно начала я, но достаточно громко, чтобы он услышал и обратил на меня внимание. – Почему вы готовитесь к бою? Поднимите белый флаг, капитан. Иначе вы погубите всю команду.

Темные густые брови капитана сдвинулись над переносицей, а на лбу запульсировала маленькая венка. Что ж, видно, мое предложение ему ничуть не понравилось.

– При всем моем уважении, мадам, – как-то слишком грубо и сухо произнес мужчина, сжав шершавыми толстыми пальцами подзорную трубу, – на этом судне я капитан. Несмотря на ваш высокий статус, сейчас вы – мой пассажир. И уж точно не женщине советовать мне, как поступить в этой ситуации. Слуги короля не бегут с поля боя! Мы не жалкие трюмные крысы и будем биться во что бы то ни стало! Спуститесь в каюту, мадам, сию же секунду!

Он сразу же отвернулся от меня и вновь поднес к глазам трубу. Самоотверженный болван. Порой безрассудство, которое капитан сейчас принимает за отвагу, способно погубить немалое количество людей. Он руководствуется зовом сердца и совсем не желает прислушиваться к здравому разуму.

Я больше не стала перечить капитану и, в последний раз оглядев метавшихся по палубе матросов, спустилась на нижнюю палубу. Плотно закрыв дверь своей каюты, села на койку и стала ждать.

Я не могла отрицать тот факт, что мне было страшно. Да, я боялась того, что могло сейчас произойти. Боялась, что в один момент голоса на палубе стихнут, и спустя тягостное мгновение за дверью послышатся тяжелые шаги. Меня убьют, как и всех на этом судне.

Я понимала, что уже ничего не будет как прежде, но была готова встретиться лицом к лицу со смертью. У меня нет желания биться; если потребуется, я самовольно брошусь на меч пирата. Я хочу умереть быстро, почти не чувствуя боли.

От этих мыслей по моей спине пробежал холодок. Неужели я действительно без промедления брошусь на меч?

Нет, не хочу думать об этом. И тем более сомневаться в своем решении. Так или иначе, этот день окажется последним для всех на этом корабле.

Минуты ожидания тянулись невероятно долго. Я все еще сидела на койке, нервно сминая пальцами темно-синее покрывало, когда снаружи прозвучал первый залп бортовых орудий. Грохот от пушек был таким громким, оглушающим, что я инстинктивно закрыла уши и зажмурила от страха глаза. Где-то вдалеке раздалась еще пара выстрелов, пронзительный свист зазвучал в моей голове отчаянным крещендо. Но, кажется, ядра пиратов пролетели мимо – торговое судно все еще плавно двигалось вперед.

Я потеряла счет времени. Ожесточенный морской бой, постоянные залпы сбивали мои мысли в кучу, и я не могла думать ни о чем, кроме этой бессмысленной бойни. К чему столько жертв, когда все можно было решить мирным путем? Неужели лучше обречь невинных людей на смерть, чем унять свою гордыню и принять тот неутешительный факт, что торговцы не в силах противостоять морским разбойникам?

Мое сердце билось как молот, страх и злость душили меня. Страх перед неизвестностью, злость – из-за безрассудства капитана. Мужчины горазды решать все с помощью оружия, забывая о более мягких и мирных методах решения конфликтов. Честь превыше всего – так мне говорил отец. Но для меня это чистое безумие и недальновидность.

Внезапно корабль качнулся столь резко, что я не усидела на кровати и как мешок с зерном повалилась на пол. Оглушительный грохот раздался где-то в кормовой части судна. Нас задело ядром. А потом еще раз – резкий толчок, и я вцепилась руками в ножку кровати, чтобы случайно не удариться головой.

Я слышала, как скрипели половицы под ногами матросов, и с замиранием сердца ждала решающего сражения. Наконец, произошло самое страшное – наше судно взяли на абордаж. Я поняла это по громким крикам людей на палубе, страшным выстрелам из пистолетов и звону скрещивающихся клинков. Беспорядочный топот не прекращался.

Я больше не могла сидеть на месте, трясясь от страха, как осиновый лист на ветру. Не знаю, каковы были истинные причины моего решения, наверное, я вконец спятила и сейчас вела себя не лучше сумасбродного капитана, но спустя недолгое мгновение я поднялась на палубу, и меня сразу же утащило в водоворот жестокости и кровопролития.

Матросы, может, и обратили внимание на мое появление, но это нисколько не повлияло на ход событий. Потные и обессиленные мужчины пихались локтями, резали друг друга как ума лишенные, бились страшно, безжалостно, свирепо. Меня оттеснило к правому борту корабля, я едва успевала уворачиваться от саблей матросов, случайно летящих в мою сторону с невероятной скоростью. Зрелище было куда страшнее, чем я могла себе представить. Палуба торгового судна обагрилась кровью. Трупов было много – среди них были и люди капитана Коуэлла, и незнакомые мне мужчины. Меня замутило, и я быстро отвернулась от этого зрелища. Но скрыться от всего происходящего было просто невозможно.