Читаем Пирамида Мортона полностью

Я действительно не успевал, анабиозная дверь находилась на самом нижнем этаже, а я жил тридцатью этажами выше Торы. Я отпустил Лайонелла и, лежа на полу, еще раз увидел Тору - со спины. Потом дверь за ней закрылась.

А я все лежал и лежал, как оглушенная динамитной шашкой, выброшенная на сушу рыба, и тупо думал о том, что надо подняться и перевести стрелку браслета на «ДВАБ» и проснуться вместе с Торой через пятьдесят лет. Но для этого надо было подняться, и пройти по бесконечно длинному коридору, и войти в лифт, и спуститься на лифте, и опять пройти по коридору, и опять стоять в лифте, и опять идти. А у меня совершенно не было сил.

Лайонелл с трудом поднялся и присел, а я все лежал и глядел вверх на зеркало, в котором отражалась пустая комната.

Потом в комнату вошли цилиндры с шестью руками и унесли пустую посуду, и пустые бутылки, и постельное белье, и ее комбинезон, и мой подарор - книгу Ноа Эрквуда, которую мне, варварски отодрав металлический переплет, удалось выкрасть из библиотеки. А напоследок одну за другой унесли картины. Потом вошли смешные роботики-пылесосы чтобы навести чистоту и порядок, и они мне показались еще страшнее шестируких истуканов. Потом цилиндры пришли еще раз, застелили кровать и, что-то просигналив вертящимися антеннами, окончательно ушли.

А спустя десять минут в комнату вошла женщина. Она не заметила, что телеон включен, и я видел, как она радовалась простору и комфорту, как с радостным криком забежала в ванную, как примеряла ширину кровати раскинутыми руками, точно как та, которая боялась, что все это окажется сном.

Она разделась и долго плескалась в ванне. И вышла оттуда вся счастливая, сияющая, и только после этого заметила меня. Она ничуть не смутилась, лишь поморщила полудетское лицо и, как бы извиняясь, сказала:

- Не теперь, дружок! Я столько мечтала об этом часе, когда останусь одна!

И только сейчас, когда из зеркала иечезла бывшая комната Торы, а взамен, появилась моя, с рассыпанными по полу цветами, у меня, наконец, хватило сил подняться.

- Куда? - спросил Лайонелл, видя, что я нажимаю дверную кнопку.

- В анабиоз, к Торе!

- Тора уже умерла! - сказал он глухо.

Не помню точно, что было потом. Кажется, я подумал, что он просто шутит, и почти не слушал. До моего парализованного сознания с трудом доходили слова.

- Америка готовилась к войне. Президентом был твой двоюродный брат Болдуин. Он еще ничего, не знал о Стене и, чтобы предотвратить возможное массовое дезертирство в анабиоз, приказал взорвать вторую экспериментальную установку Мильтона Анбиса. Я успел предупредить профессора, но он предпочел посибнуть вместе со своим изобретением. Биомортон создавался на основании будто бы разысканных мной в секретном архиве расчетов Анбиса. Служащие Биомортона не имеют к самому процессу анабиоза никакого отношения, Всем ведает бесконтрольная, кибернетическая система но заложенной мною биопрограмме. Убивать белых Логос не согласился бы - ведь, они белые. А моя программа такова - людей замораживают npи температуре минус 200 градусов, через несколько минут они умирают. То, что хранится, в капсулах, - мороженое белое мясо.

Я сначала разбил вдребезги телеон, потом всю мебель, потом долго кричал и бился о сплошные стены, и рвал цветы, и топтал их, чтобы схватить его, поставить стрелку его циферблата на анабиозную дверь, силой потащить его туда, и видеть, как его замораживают. А потом дождаться следующей капсулы и мертвым последовать за мертвой Торой.

Но я никак не мог поймать его, для этого я был слишком безумен, а когда безумие вышло из меня последним нечленораздельным визгом, его уже не было в комнате.

Я выбежал в коридор и увидел его в противоположном конце, и гнался за ним через весь биодом. Он ни разу не воспользовался лифтам, чтобы уйти от меня, а только бежал и бежал, то исчезая за поворотом, то снова появляясь в яределах видимости. И когда я понял, что он делает это нарочно, мне не захотелось его убивать. Я уже совсем задыхался, и все плыло перед моими глазами, и мне пришлось прислониться к стене, чтобы не упасть.

Он стоял в Нескольких шагах от меня, а потом бессильно сполз и остался лежать. Я с трудом дотащился до него и, наклонясь над ним, услышал сквозь хриплое клокотанье в горле:

- Не бойся, Трид! Я не умру! Я не имею права умирать. Я единственный человек, который может сделать так, чтобы все пошло по-иному. Тебя должны признать Тридентом Мартеном, а без меня это невозможно.

Я дотащил его до своей, комнаты и, порывшись в справочнике, вызвал специальным сигналом киберврача. Не знаю, как он был запрограммирован, но очевидно, разгромленная обстановка входила в его список болезненных симптомов. К тому времени когда Лайонелл пришел в себя, все обломки уже были убраны шестирукими цилиндрами и заменены новой с иголочки мебелью. Телеон тоже был новый. Он так и сверкал зеркальной поверхностью.

- Почему почему ты не сказал раньше? - меня душило отчаянье.

- Что Тора умрет? - Лайонелл все еще мог говорить лишь еле слышным хриплым шепотом. - Все же я ей сказал!