Читаем Пик Дьявола полностью

Он повернул направо, на Бейтенграхт, припарковался. В сумерках ярко светила неоновая вывеска: «У пожарного». Зюйд-ост дул в лицо, словно пытаясь отогнать его, но он уже вошел в дверь, и вот знакомая картина, знакомые ощущения — приятное тепло, запах сигаретного дыма и пива, которое годами по капле расплескивали на ковер. Дух товарищества — широкие плечи, склоненные над кружками, по телевизору в углу показывают лучшие моменты крикетного чемпионата. Гриссел немного постоял на пороге, позволяя здешней атмосфере окутать его.

Как будто домой вернулся! Его охватило острое желание присесть к деревянной стойке, заляпанной разноцветными пятнами. Заказать бренди с кока-колой. Сделать первую глубокую затяжку, почувствовать, как мозг вибрирует от удовольствия и по телу разливается приятное тепло. Всего одну рюмочку, уговаривал мозг. И тут он сбежал — хлопнул дверью и быстро зашагал прочь. Его затрясло; он ведь прекрасно знал, что значит «всего одна рюмочка». Он торопливо подошел к машине. Надо сесть, заблокировать дверцу и уехать. Немедленно!

Зазвонил его телефон. Он схватил трубку уже дрожащей рукой:

— Гриссел.

— Бенни, это Матт.

— О господи! — почти неслышно прошептал он.

— Что?

— Ты вовремя.

— Не понял…

— Я… м-м-м… как раз ехал домой.

— Я в кабинете начальника полиции. Можешь сюда приехать? — Судя по его интонации, он намекал: «Ни о чем не спрашивай, я сейчас не могу разговаривать».

— Каледон-сквер?

— Да.

— Сейчас приеду.

Он позвонил Кейтеру и сказал, что обстоятельства изменились.

— О'кей.

— Поговорим завтра.

— О'кей, Бенни.

В кабинете начальника полиции было четверо. Гриссел знал лишь троих — самого начальника полиции провинции, начальника уголовного розыска Джона Африку и Матта Яуберта.

Четвертый протянул ему руку:

— Здравствуйте, инспектор, меня зовут Ленни Легран, я член парламента.

Гриссел пожал протянутую руку. На Легране был темно-синий костюм и ярко-красный галстук, похожий на термометр. Его пожатие было холодным и крепким.

— Мне очень неприятно, что пришлось побеспокоить вас в такой поздний час; я слышал, у вас выдался нелегкий день. Садитесь, пожалуйста; надолго мы вас не задержим. Как продвигается расследование?

— По плану, — ответил он, бросая на Яуберта умоляющий взгляд: «Выручай!»

— Инспектор Гриссел продолжает знакомиться с материалами дела, — сказал Яуберт, когда они все расселись за круглым столом.

— Естественно. Инспектор, позвольте перейти прямо к делу. Я обладаю сомнительной привилегией, поскольку являюсь председателем парламентского комитета по вопросам правосудия и политического развития. Как вы, наверное, знаете из сообщений СМИ, сейчас мы готовим новый законопроект о сексуальных преступлениях.

Гриссел понятия не имел о сообщениях СМИ, но тем не менее кивнул.

— Отлично! Так вот, одним из пунктов законопроекта предусматривается создание реестра лиц, совершивших преступления на сексуальной почве, куда войдут все, когда-либо осужденные за такие преступления, — насильники, педофилы и так далее. Мы хотим, чтобы этот реестр был доступен широкой публике. Понимаете? Тогда, например, родители, записывая ребенка в школу-интернат, будут уверены, что не отдают его в лапы педофила.

Откровенно говоря, данная часть законопроекта весьма спорна. Наши противники заявляют, что подобные списки нарушают конституционное право граждан на частную жизнь. По данному вопросу разделились мнения различных партий. На настоящем этапе дело выглядит так, будто мы пытаемся протолкнуть законопроект, но мы обладаем незначительным большинством. Уверен, вы уже начали понимать, зачем я здесь.

— Я понимаю, — сказал Гриссел.

Член парламента вынул из кармана пиджака белый лист бумаги.