Итак, трупа нет, одной машины тоже не хватает, зато налицо «БМВ» О'Мара и одна из самых кровавых сцен из всех, которые мне когда-либо встречались.

– Ладно, – наконец промолвила я. – Где О'Мара? Где эта «рыжая»?

Пока инспектора и дежурная смена полицейских обходили соседей, мы с Джейкоби развернули походный штаб прямо у нас в машине. Уоррен занялся организацией поисков «Мерседеса», а я набрала номер офиса О'Мара и попала на ее секретаршу, Кэти.

Перед глазами тут же встало костистое лицо под шапкой проволочных волос. Весь наш разговор сопровождался хрустом, шуршанием, сопеньем и чавканьем. Обедает, не сходя с рабочего места?

– Морин взяла недельку за свой счет. Ей надо отдохнуть, – сказала Кэти. – Она это заслужила!

– Да кто спорит… А кстати, где она проводит отпуск?

– А в чем, собственно, дело, лейтенант?

– Кэти, вы же сами понимаете, полицейская рутина…

– Вообще-то Морин не сказала, куда поедет, но я могу дать все ее номера.

– О, здорово!

Минутой позже я уже набирала сотовый О'Мара. На том конце – цифровой автоответчик. Через несколько секунд мой номер сиял у нее на пейджере. На домашней линии – занято. Раз за разом. Наглухо.

Джейкоби вбил имя О'Мара в бортовой компьютер, и через пару секунд перед нами светилось ее досье из отдела регистрации автотранспортных средств.

Джейкоби зачитал вслух:

– «Морин Сибхан О'Мара; евразийская раса; не замужем; дата рождения – пятнадцать восемь семьдесят три; рост – метр семьдесят восемь; вес – шестьдесят девять килограммов». Хм-м… Ничего так, крепенькая…

Он повернул экран, чтобы и я смогла увидеть фото и адрес О'Мара.

– Мы можем там быть через пятнадцать минут.

– Давай-ка попробуем через десять. Джейкоби сдал задом от бордюра, взвизгнув покрышками, объехал белые фургончики криминалистов и влился в трафик.

Я включила мигалку, и мы ринулись по Ливенворту к Си-Клиф – фешенебельному кварталу, где обитала О'Мара.

Глава 128

Номер 68 по Сивью-Мэррас оказался не просто особняком: это была самая настоящая средиземноморская вилла цвета зрелого манго, с видом и на залив, и на мост «Золотые Ворота», и на Сосалито, и – чем черт не шутит! – может, даже на Гонолулу.

Мы с Джейкоби «оседлали» веранду, и калейдоскоп кровавых картинок про дом Гарзы наконец-то вылетел из головы, уступив место вихрю новых вопросов.

«Ну же, Морин! Где ты? Жива ли еще?»

Я нажала кнопку звонка – и даже вздрогнула, когда резкий звук хлестнул по нервам. Впрочем, ни голосов, ни звука, шагов так и не донеслось.

Как и в доме Гарзы, я крикнула: «Полиция!» – еще раз нажала кнопку, отступила назад, давая место Джейкоби и его могучему кулаку.

Уоррен забарабанил по двери.

Нет ответа. «Да что с тобой приключилось, "рыжая"»?

Вновь в душе возникло знакомое чувство: костлявые пальцы смерти играют на позвонках моего хребта, как на саксофоне.

О'Мара нигде нет, ее секретарша понятия не имеет, куда та могла деться… Я уже объявляла сегодня «чрезвычайное положение» в пределах одного дома. Что мне мешает проделать это еще раз?

– По-моему, пахнет газом! – страшным голосом воскликнула я.

– Слушай, давай без театра, а? Я старый, заслуженный человек. Можно как-нибудь попроще?

– Уоррен, вспомни, что мы видели у Гарзы. В случае чего я отвечаю.

Под слабым толчком моих пальцев дверь распахнулась, будто уступая слабенькому ветерку.

Мы извлекли оружие. В который уже раз за сегодня.

– Полиция! Мы входим в дом!

Холл вел в светлую многооконную гостиную, заставленную салонной мебелью с набивными тропическими мотивами. Простенки были завешаны крупными и – на мой дилетантский взгляд – гениальными полотнами. Я пыталась найти хоть какие-то следы беспорядка, но пока что все выглядело нормально.

Мы прочесали первый этаж, через каждые несколько секунд сообщая друг другу:

– Чисто!

– Чисто!

– И здесь чисто!

Одна светлая комната задругой, опрятно прибранные и совершенно пустые анфилады…

Когда мы стали подниматься по главной лестнице, мне показалось, что запах парфюма усилился. Доверившись носу, я последовала за ароматом, и он привел меня в хозяйскую спальню.

Цвет? Персиковая мякоть. Картина над изголовьем королевского ложа? Переплетенная парочка, занятая известным делом. Я лично не понимаю такого «спального искусства», но кое-кому оно по вкусу.

Всю левую стену, если смотреть со стороны кровати, занимало сплошное гигантское окно, за один только вид из которого найдутся охотники убить человека.

Ну а стена напротив представляла собой вожделенную мечту модницы. Двустворчатые зеркальные двери гардеробных шкафов. Восемь штук – и все распахнуты настежь. Одежда сорвана с плечиков, вывалена, раскидана… А здесь что творилось? И давно ли?

На полу масса разбросанной обуви. Судя по темным полоскам на обоях у плинтуса, туфельки примеривали и ножкой торопливо отшвыривали в стену.

Из столика под трельяжем выглядывал ящик, откуда кто-то торопливо выгребал косметику. На жестком паркете валялся разбитый флакон с духами.

В прилегающей к спальне ванной комнате зеленый мраморный пол усыпан обломками беспроводного телефона.

Теперь понятно, почему все время было занято!