Читаем Пять поэм полностью

Пять поэм

Тот, ветхий днями, муж, что положил началоРассказа, — продолжал. И вот что зазвучало:Жестокосердая, прогнавшая царя,Себя бьет камнем в грудь, раскаяньем горя.Она корит себя, и что ни слово — слезы.И снова все текут, текут все снова слезы.Как птица сбитая, металась и не разНа землю падала, закрыв нарциссы глаз.Клеймя свой гордый дух, рыдала, — в то же времяБия ладонями и грудь свою, и темя.И вздохами ее был воздух обожжен.Земля столь горьких слез не видела у жен.Нет силы, чтоб сдержать порывы горькой страсти,Чтоб сердце усмирить, нет во вселенной власти.Когда ж душа ее вконец изнемогла,Стыда тяжелого ее объяла мгла.И вот подпружен конь — Гульгун ее прекрасный.Душа ее в крови, и конь кроваво-красный.На рыжеогненном и взвихренном конеОна — как блеск воды на трепетном огне.Тропа узка, как бровь; как у прекрасной косы,И небеса черны, и горные откосы.И на крутой тропе, стегая жеребца,На помощь в этой тьме звала она творца.Но глушь и трудный путь Гульгуну — не препона,И он помчал Ширин быстрее небосклона.Одеждою слуги свою стянувши грудь,Она Шебдизу вслед направила свой путь.И вот сквозь гулкий гром, сквозь громозвучный топотПорой был слышен плач, порой был слышен ропот,И взор вперяла в тьму Луна прекрасных луп…К шатрам охотничьим примчал ее Гульгун.Военачальники уснули; тишь; и дажеУ царского шатра нет переклички стражи.Все, словно опиум, впивая лунный свет,В курильне ночи спят. Нигде движенья нет.И смущена Ширин: к царевому порогуОна приблизилась, да в ком найдет помогу?Но из-за полога Хосровова шатраШапур глядит, — что там? Не света ли игра?Лишь миг тому назад, охваченный истомойСиянья лунного, царь был окован дремой.И, слугам не сказав, туда, где встал Гульгун,Шапур идет взглянуть, кого примчал скакун.Он молвил всаднику: «Как призрак, ты прекрасен,Но если ты не тень, то твой приезд опасен:Тут и с напавших львов кичливость мы собьем.Заползшая змея тут станет муравьем».Но отступил Шапур пред этим нежным дивом,Смущен его лицом и действием учтивым:Ширин художника узнала; отнялаСапожки от стремян и спрыгнула с седла.Лик разглядел Шапур; длань поднял он к кулахуИ вскинул ввысь кулах, а лбом склонился к праху.И молвил он: «Луна! Всем страждущим глазамПрах из-под ног твоих — целительный бальзам».Ответила Ширин словам его достойнымСо взглядом ласковым, для женщины пристойным.И за руку она взяла его, и онУслышал все и был не очень удивлен.Услышал он о том, что слезные потокиСтыда, раскаянья ей обжигают щеки,Что речь ее с царем была дерзка и зла,Что недостойные слова произнесла,Что лишь умчался царь, — укоры зазвучалиВ ее душе и дух попал в силок печали.И говорит она: «Меня объяла тьма,И не внимала я велениям ума.Решилась я на все: рок становился хмурым.Ведь свойственен в беде прыжок тигриный гурам.И провидением небесным ты сочти,Что я разбойников не встретила в пути.Но так как был огонь стремления безмерен,То путь мой — путь прямой, он правилен, он верен.Мое доверие ты принял, и оноТвердит: «Грядущее тебе же вручено».Две просьбы у меня. Тебе исполнить надоИх обе, чтоб ко мне опять пришла отрада.Вот первая, Шапур: когда придет ХосровНа пиршество, под крик: «Да будешь ты здоров!»,Ты усади меня в укромный угол. ТайнаДа сохраняется! Не выдай и случайно!Веселый нрав его, подобную лучуВсю красоту его увидеть я хочу.Вторая: если царь глазами уж не злымиМой встретит взор, то пусть он скажет о калыме[239].Коль хочешь, о Шапур, исполнить все точь-в-точь,—Все подготовь, Шапур, покуда длится ночь.Не хочешь, — на коня я снова сяду; сноваВ свой замок возвращусь, не повидав Хосрова».Две просьбы услыхав, Шапур отверз устаИ клятвы ей дает; их было больше ста.Гульгуна в стойло ввел он, будто бы Шебдиза.В шатер он ввел Ширин, как будто бы Парвиза.Два царственных шатра имел Хосров; ониМерцали в жемчугах, как звездные огни.Ближайший — для пиров, а полускрытый, дальнийСлужил для отдыха. Он был опочивальней.Повел Шапур пери воздушную. ВдвоемОни вошли в шатер, назначенный для дрем.И прочь пошел Шапур, ей указав на ложе,И полог опустил, с небесной ризой схожий.Царя как бы меж роз уснувшим обретя,Шапур был радостен, как утро, как дитя.Вкруг «сада роз» кружась и не стремясь к покою,Он оправлял свечу заботливой рукою.

Читаем Пять поэм полностью

Пять поэм

Похожие книги

Все жанры