Читаем Певец Волги Д. Н. Садовников полностью

Певец Волги Д. Н. Садовников

ИЗБРАННЫЕ ПРОИЗВЕДЕНИЯ И ЗАПИСИ

ОТ СОСТАВИТЕЛЯ

Литературное наследство Дмитрия Николаевича Садовникова разбросано по многочисленным журналам и газетам. Поэт умер, не успев издать книги своих стихов. После его смерти вышло два издания его стихотворений: «На старой Волге», Симбирск, 1906 г., и «Песни Волги», СПб, 1913 г., изд. Терновского. Первая книга заключает в себе цикл стихов, посвященных Волге и Степану Разину, во второй собрано почти все стихотворное творчество Садовникова, как самостоятельное, так и его переводы из иностранных поэтов; однако и это издание не является исчерпывающим. При сличении текстов изданий 1906 и 1913 гг. друг с другом и с прижизненными публикациями мы обнаружили большое количество разночтений, весьма существенных (опущение целых строф, наличие новых, замена слов и отдельных выражений, произвольная пунктуация), допущенных в издании 1906 г. и никак в нем не оговоренных. Остается неизвестным, какими материалами располагали составители данной книги. Тексты издания 1913 г., наоборот, совладают с первыми публикациями, вышедшими при жизни поэта.

Не располагая возможностью проверить издание 1906 г. по автографам Д. Н. Садовникова (нам, к сожалению, не удалось ознакомиться с его архивом), мы считаем прижизненные публикации более надежным источником и кладем их в основу текстов в выпускаемом нами сборнике. В тех случаях, когда нам не удалось разыскать первых публикаций, мы печатаем текст по изданию Терновского, в котором выдержан тот же принцип. По своей тематике раздел стихов в нашем сборнике совпадает с изданием 1906 г. Мы помещаем в нем тот же цикл стихов, — Степан Разин и Волга, — изменив лишь несколько их последовательность.

Цель нашего сборника — познакомить широкий круг читателей с самобытным творчеством незаслуженно преданного забвению поэта.

«Не зная хотя бы одной из песен Садовникова о Стеньке Разине, нельзя составить и сколько-нибудь близкого к действительности понятия о силе и самобытности его поэтического таланта», — писал поэт Ап. Коринфский.[1]

Садовников обнаруживает в своем творчестве глубочайшую связь с народом и не только теоретическое и книжное, но живое и непосредственное знакомство с народной жизнью и народным творчеством, наблюдая это последнее в обстановке его бытования.

Помещая в одном сборнике литературное творчество поэта и записанные им произведения устной народной поэзии, свидетельствующие об его научных и поэтических интересах, мы раскрываем этим одну из ярких и своеобразных страниц тесного взаимоотношения литературы и фольклора.

На примере Садовникова мы видим, как много может получить поэт, прильнувший к живому, неиссякаемому источнику народной поэзии, как мужает и крепнет его талант, как освежает он этим соприкосновением с народным творчеством свой поэтический язык и творчески его обогащает.

Образцы устного народного творчества в записях поэта в свою очередь показывают, как много может получить и наука о фольклоре, когда собирателями его являются не только ученые-фольклористы и этнографы, но и поэты, сильном глубоко воспринимающие жизнь, тонко чувствующие и понимающие художественную форму.

Считаю необходимым принести благодарность акад. Ю. М. Соколову и и. о. доцента В. И. Чичерову за ценные советы и указания, данные мне в процессе моей работы над сборником, а также внучке поэта М. М. Вологиной за предоставленный ею портрет Д. Н. Садовникова, публикуемый впервые.

В. КРУПЯНСКАЯ

ДМИТРИЙ НИКОЛАЕВИЧ САДОВНИКОВ

(1847–1883)

«Первая моя встреча с ней (Волгой. — В. К.) вызвала с моей стороны немое обожание к чему-то великому и живому. Полное сближение не замедлило последовать. Каждый временный разрыв болезненно отзывался на моем сердце и — помню — я ждал свидания с каким-то приятным трепетом. — Одним словом, Волга была, если хотите, моей первой любовью; первое представление о прекрасном неразрывно связано с ней».[2]

* * *

Так писал Д. Н. Садовников после одной из своих поездок в Поволжье, где он родился и вырос. Это признание чрезвычайно характерно для автора одной из популярнейших в народе песен «Из-за острова на стрежень».

Перейти на страницу:

Похожие книги

Сталин
Сталин

Главная книга о Сталине, разошедшаяся миллионными тиражами и переведенная на десятки языков. Лучшая биография величайшего диктатора XX века, написанная с антисталинских позиций, но при этом сохраняющая историческую объективность. Сын «врагов народа» (его отец был расстрелян, а мать умерла в ссылке), Д.А. Волкогонов не опустился до сведения личных счетов, сохранив профессиональную беспристрастность и создав не политическую агитку, а энциклопедически полное исследование феномена Вождя – не однодневку, а книгу на все времена.От Октябрьского «спазма» 1917 Года и ожесточенной борьбы за ленинское наследство до коллективизации, индустриализации и Большого Террора, от катастрофического начала войны до Великой Победы, от становления Свехдержавы до смерти «кремлевского горца» и разоблачения «культа личности» – этот фундаментальный труд восстанавливает подлинную историю грандиозной, героической и кровавой эпохи во всем ее ужасе и величии, воздавая должное И.В. Сталину и вынося его огромные свершения и чудовищные преступления на суд потомков.

Дмитрий Антонович Волкогонов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
Третий звонок
Третий звонок

В этой книге Михаил Козаков рассказывает о крутом повороте судьбы – своем переезде в Тель-Авив, о работе и жизни там, о возвращении в Россию…Израиль подарил незабываемый творческий опыт – играть на сцене и ставить спектакли на иврите. Там же актер преподавал в театральной студии Нисона Натива, создал «Русскую антрепризу Михаила Козакова» и, конечно, вел дневники.«Работа – это лекарство от всех бед. Я отдыхать не очень умею, не знаю, как это делается, но я сам выбрал себе такой путь». Когда он вернулся на родину, сбылись мечты сыграть шекспировских Шейлока и Лира, снять новые телефильмы, поставить театральные и музыкально-поэтические спектакли.Книга «Третий звонок» не подведение итогов: «После третьего звонка для меня начинается момент истины: я выхожу на сцену…»В 2011 году Михаила Козакова не стало. Но его размышления и воспоминания всегда будут жить на страницах автобиографической книги.

Михаил Михайлович Козаков , Карина Саркисьянц

Биографии и Мемуары / Театр / Психология / Образование и наука / Документальное
«Смертное поле»
«Смертное поле»

«Смертное поле» — так фронтовики Великой Отечественной называли нейтральную полосу между своими и немецкими окопами, где за каждый клочок земли, перепаханной танками, изрытой минами и снарядами, обильно политой кровью, приходилось платить сотнями, если не тысячами жизней. В годы войны вся Россия стала таким «смертным полем» — к западу от Москвы трудно найти место, не оскверненное смертью: вся наша земля, как и наша Великая Победа, густо замешена на железе и крови…Эта пронзительная книга — исповедь выживших в самой страшной войне от начала времен: танкиста, чудом уцелевшего в мясорубке 1941 года, пехотинца и бронебойщика, артиллериста и зенитчика, разведчика и десантника. От их простых, без надрыва и пафоса, рассказов о фронте, о боях и потерях, о жизни и смерти на передовой — мороз по коже и комок в горле. Это подлинная «окопная правда», так не похожая на штабную, парадную, «генеральскую». Беспощадная правда о кровавой солдатской страде на бесчисленных «смертных полях» войны.

Владимир Николаевич Першанин

Биографии и Мемуары / Военная история / Проза / Военная проза / Документальное