СОЛАНЖ. Мы умираем от усталости. Время кончать. (Садится в кресло.)

КЛЕР. А вы, милочка, надеетесь выпутаться! Очень легко вступать в заговор с ветром и брать в сообщницы ночь.

СОЛАНЖ. Но…

КЛЕР. Не спорьте. Я сама распоряжусь последними минутами. Соланж, ты сохранишь меня в себе.

СОЛАНЖ. Нет! Нет! Ты с ума сошла. Мы убежим! Скорей, Клер. Не надо здесь оставаться. Квартира отравлена.

КЛЕР. Останься.

СОЛАНЖ. Клер, ты не видишь, как я слаба? Как я бледна?

КЛЕР. Ты трусишь. Слушайся меня. Мы у последний черты, Соланж. Мы пойдем до конца. Теперь тебе одной придется жить за нас двоих. Тебе придется быть сильной. Там, на каторге, никто не узнает, что я тайно сопровождаю тебя. И особенно когда тебя уже приговорят, не забывай, что ты несешь меня в себе. Как драгоценность. Мы будем прекрасны, свободны и веселы. Соланж, нам нельзя терять ни минуты. Повторяй за мной.

СОЛАНЖ. Говори, но тихо.

КЛЕР(механически). Мадам должна выпить липовый отвар.

СОЛАНЖ(твердо). Нет, не хочу.

КЛЕР(берет ее за руки). Мерзавка, повторяй. Мадам выпьет липовый отвар.

СОЛАНЖ. Мадам выпьет липовый отвар.

КЛЕР. Ей нужно уснуть…

СОЛАНЖ. Ей нужно уснуть…

КЛЕР. А я побуду с ней.

СОЛАНЖ. А я побуду с ней.

КЛЕР(ложится на кровать Мадам). Я повторяю. Не прерывай меня, слышишь? Ты мне повинуешься?

Соланж кивает.

Я повторяю. Мой липовый отвар!

СОЛАНЖ(колеблется). Но…

КЛЕР. Я сказала, мое питье.

СОЛАНЖ. Но, Мадам…

КЛЕР. Хорошо. Продолжай.

СОЛАНЖ. Но оно остыло, Мадам.

КЛЕР. Я все-таки выпью. Давай.

Соланж приносит поднос.

Ты налила его в чашку из самого дорогого сервиза…

(Берет чашку и пьет.)

Соланж стоит неподвижно лицом к зрителям, скрестив руки, как в наручниках.

Занавес

<p><strong>Балкон</strong></p>

Как играть «Балкон»

В Лондоне в «Артс Тиэтр» «Балкон» был сыгран плохо — я видел его.

Мне говорили, что он был плохо поставлен и в Нью-Йорке, и в Берлине, в Париже. Лондонскому режиссеру захотелось поглумиться над британской монархией, особенно над королевой, а в сцене Генерала и Лошади он сатирически изобразил войну: декорации — колючая проволока.

Колючая проволока в первоклассном борделе!

В Нью-Йорке режиссер убрал все, что касалось революции.

В Берлине режиссер повел себя как прусский капрал, превратив аппарат Мадам Ирмы для подглядывания и подслушивания происходящего в салонах в нечто наподобие цветного телевизора. Там зрители видели все, что описывает Мадам Ирма. И, как истинному тевтонцу, ему в голову пришла еще одна идея, совершенно тевтонская: одеть всех в костюмы 1900 года.

Париж: Генерал-Адмирал или член Института[1]. Мадам Ирма, то есть актриса, исполняющая эту роль, отказывается появиться с поднятием занавеса и требует, чтобы в первых сценах говорила Кармен. Актрисы заменяют слова, режиссер перекраивает текст.

А уж что касается Вены и Базеля, тут и говорить не о чем…

В Париже была вращающаяся сцена. Это глупость. Я хочу, чтобы картины следовали одна за другой, чтобы декорации сменялись слева направо и как бы вкладывались одна в другую на глазах у зрителей. По-моему, моя мысль очень проста.