Читаем Песочные часы полностью

Ещё ей нравилось собирать стаканчики из-под кофе. Знаете, которые дают в кофейнях, когда ты берёшь напиток с собой. У неё была целая коллекция таких стаканов. Мне казалось, что она побывала во всех кофейнях в мире и собрала все стаканчики, которые можно было собрать. Вся полка у неё в комнате была завалена подобными безделушками. Я не понимал, зачем это нужно. Но это все приносило ей столько радости, что я не думал об этом. Иногда я специально водил её в кофейню, чтобы пополнить её коллекцию. Она с таким упоением рассказывала обо всех вещах, что были на этой полке. Я молча слушал и наслаждался. Эта полка была так же дорога для неё, как дорога была она для меня.

Я приносил ей конфетки на палочке. Они были в виде различных фруктов и цветов. Мне хотелось сделать ей приятное, чтобы она кушала эти сладкие конфетки и думала обо мне. Она не съела ни одну из них. Все они помещались в вазочку на той же полке, рядом со стаканчиками. Она очень любила сладкое, но сохранила все конфеты, чтобы помнить обо мне всегда.



Я чувствовал только один запах– запах ее духов.


ГЛАВА 9

Мы очень часто проводили время в кофейне в центре города. Там было уютно и атмосферно. Всегда добрые работники и вкусный кофе, который мы брали время от времени. Иногда она покупала горячий шоколад, потому что любила этот мягкий и немного приторный вкус.

Каждый раз, приходя туда, мы садились в одно и то же место, которое почему-то всегда было свободно. Казалось, что оно было создано специально для нас. Для того, чтобы два человека тонули в объятьях друг друга, сидя у окна в очень мягких креслах. Наше первое фото было сделано там же. Так мы обозначили всю важность этого места.

Как-то мы взяли кофе, а нам дали в подарок имбирное печенье. Наверное, потому что мы очень часто заходили туда и стали по-своему родными. Печенье было сделано в форме человечка и выглядело очень мило. Она очень любила запах имбиря. Даже её духи имели имбирно-пряничный аромат. Я полюбил этот запах, потому что он ассоциировался с ней.

Это место было очень значимо для нас. Фотографию, мы сделали тогда, она повесила на свою доску, а печенье положила на полку. Чтобы это все напоминало об одном из наших мест. Чтобы напоминало обо мне.


Она подарила мне аромат красивой и нежной жизни.


ГЛАВА 10

Когда мы не виделись, меня спасал шарф, который она мне подарила. Он был женский, сразу ей понравился. Клетчатый чёрный шарф с красными деревьями. Мы купили его на распродаже в магазине, но это была самая дорогая вещь из всех, что у меня были.

Этот шарф был пропитан ее духами. Я не мог прожить и дня без этого аромата. Мне становилось тяжело дышать, если я не мог почувствовать этот запах. Я дышал благодаря ей, я жил благодаря ей.

Она вылила на шарф свои духи, чтобы я мог наслаждаться ароматом, когда мы были далеко друг от друга. Нас разделяло расстояние, и шарф– единственная вещь, которая напоминала о ней в часы разлуки. Я чувствовал ее запах, мне казалось, что она где-то рядом. Она была очень близко-в моем сердце.

Она жила далеко от меня. Мы редко виделись, поэтому каждая наша встреча была, как праздник. Судьба свела нас вместе, но терзала расстоянием.

Когда мы встречались, наши лица расплывались в улыбке, а лёд под ногами таял из-за любви, которую мы испытывали друг к другу.

У меня никогда не было сомнений в том, что она меня любит. Я чувствовал ее любовь всем своим телом. Любовь текла по моим венам, которые набухали от ее избытка. Ей нравились мои вены, но она не знала, что они заполнены ее любовью. Мои лёгкие наполнялись ее запахом, который оседал там и наполнял радостью каждую клеточку моего тела. Я был пропитан ее любовью. Я жил ее любовью.


ГЛАВА 11

Я рассказывал о том, как она любила фотографировать? Нет, она не была профессиональным фотографом, которые зарабатывают деньги на своих творениях. Она была всего лишь любителем, но снимки, которые у неё получались, были великолепны. Это были самые лучшие кадры, которые мне доводилось видеть.

Мне никогда не нравилось фотографировать. Мои снимки всегда получались ужасными, размазанными и нечёткими. Я не был создан для фотографии. В отличие от неё. Она снимала все, что вздумается, и каждое фото было особенным и неповторимым. Из-за неё я стал по-другому относится к фотографам и их делу. Мне стало нравится. Я по-прежнему не умел делать качественные снимки, но теперь я с удовольствием наблюдал за ходом её работы. Меня удивляло, с какой радостью она занималась этим делом. Я восторгался ей в эти моменты. Лучшие секунды в моей жизни.

Мне нравилось гулять с ней. Она всегда брала с собой фотоаппарат и пыталась запечатлеть что-то. Что то, что останется не только в нашей памяти, но и на фотографиях. У неё была стенка, куда она приклеивала самые лучшие снимки. Если ей что-то не нравилось, то снимок забирал я. Для меня любой её снимок был идеальным.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Земля
Земля

Михаил Елизаров – автор романов "Библиотекарь" (премия "Русский Букер"), "Pasternak" и "Мультики" (шорт-лист премии "Национальный бестселлер"), сборников рассказов "Ногти" (шорт-лист премии Андрея Белого), "Мы вышли покурить на 17 лет" (приз читательского голосования премии "НОС").Новый роман Михаила Елизарова "Земля" – первое масштабное осмысление "русского танатоса"."Как такового похоронного сленга нет. Есть вульгарный прозекторский жаргон. Там поступившего мотоциклиста глумливо величают «космонавтом», упавшего с высоты – «десантником», «акробатом» или «икаром», утопленника – «водолазом», «ихтиандром», «муму», погибшего в ДТП – «кеглей». Возможно, на каком-то кладбище табличку-времянку на могилу обзовут «лопатой», венок – «кустом», а землекопа – «кротом». Этот роман – история Крота" (Михаил Елизаров).Содержит нецензурную браньВ формате a4.pdf сохранен издательский макет.

Михаил Юрьевич Елизаров

Современная русская и зарубежная проза
Ад
Ад

Где же ангел-хранитель семьи Романовых, оберегавший их долгие годы от всяческих бед и несчастий? Все, что так тщательно выстраивалось годами, в одночасье рухнуло, как карточный домик. Ушли близкие люди, за сыном охотятся явные уголовники, и он скрывается неизвестно где, совсем чужой стала дочь. Горечь и отчаяние поселились в душах Родислава и Любы. Ложь, годами разъедавшая их семейный уклад, окончательно победила: они оказались на руинах собственной, казавшейся такой счастливой и гармоничной жизни. И никакие внешние — такие никчемные! — признаки успеха и благополучия не могут их утешить. Что они могут противопоставить жесткой и неприятной правде о самих себе? Опять какую-нибудь утешающую ложь? Но они больше не хотят и не могут прятаться от самих себя, продолжать своими руками превращать жизнь в настоящий ад. И все же вопреки всем внешним обстоятельствам они всегда любили друг друга, и неужели это не поможет им преодолеть любые, даже самые трагические испытания?

Александра Маринина

Современная русская и зарубежная проза