Читаем Песнь Шаннары полностью

Он быстро снял с пояса флягу с элем и поднес ее к губам долинца. Джайр благодарно припал к 578 фляге и сделал несколько жадных глотков. Горький и крепкий эль, казалось, прожег юношу изнутри, и боль вроде бы отпустила, почти тут же. Джайр прислонился к стене рядом с гномом и наблюдал, как Гарет Джакс скользнул вперед, настороженно вглядываясь в темноту вверху. Скорчившись в сумраке ниши, Форкер и Эдайн Элессдил встали на страже у самого выхода на лестницу.

— Ну как, лучше? — небрежно бросил Слантер.

— Лучше.

— Как в тот раз, в Черных Дубах, а? Ну, после того как Спилк тебя отдубасил?

— Как в тот раз, — улыбнулся Джайр. — Он все исцеляет, этот ваш гномовский эль. Гном с горечью рассмеялся:

— Все, говоришь? Нет, мальчик. Только не то, что сотворят с нами странники, попадись мы им в руки. Только не это. Знаешь, они ведь идут за нами. Как тогда, в Черных Дубах. Уже идут из своего мрака, беззвучно крадутся, — черная мерзость. Я их чувствую! Нюхом чую!

— Это просто здесь так воняет, Слантер. Гном опустил голову. Он, казалось, не слышал долинца.

— Одного уже нет. Это надо же — Хельт! Вот уж, правда, не думал, что мы потеряем гиганта так скоро. Люди с границы — крепкое племя, а следопыты — крепче вдвойне. Нет, никак я не думал, что с ним это случится так быстро. Именно с ним.

Джайр судорожно сглотнул:

— Да, я знаю. Но с нами все будет совсем по-другому, Слантер. Мы ускользнули от гномов. И мы обязательно выберемся, вот увидишь. Мы ведь всегда выбирались.

Слантер медленно покачал головой:

— Нет, на этот раз нам не выбраться, мальчик. На этот раз — нет. — Гном оторвался от стены. Джайр едва расслышал его хриплый шепот. — Мы все тут погибнем, все.

Он рывком оттащил Джайра от стены, подтолкнул его к лестнице и сам, сделав знак Форкеру и Эдайну, направился вверх по ступенькам. Дворф и эльф тут же последовали за ним. Они нагнали Гарета Джакса, и теперь уже впятером поднимались во тьму. Бледный свет едва пробивался откуда-то сверху. Эта мрачная крепость, Грань Мрака, словно огромный склеп, подумал вдруг Джайр, осознавая так ясно, с каким-то безнадежным отчаянием, что когда-нибудь и он тоже умрет. Может быть, совсем скоро. Когда-то долинец непоколебимо верил, что и он, и его друзья — они все доживут до конца этого похода. Но Хельта больше нет с ними. И сам он, Джайр, может умереть, так и не увидев, чем все это закончится.

Неимоверным усилием воли юноша прогнал эту страшную мысль. Если он погибнет сейчас, некому будет помочь Брин. Все будет кончено для них обоих, потому что без Джайра у нее не останется никакой надежды. Значит, он должен жить. Он просто обязан жить.

Лестница привела друзей к маленькой дверце с зарешеченным окошком — вот откуда лился тот бледный свет, едва рассеивавший кромешный мрак. Прижавшись лицом к прутьям решетки, Слантер выглянул в окошко. Крики погони гремели уже совсем рядом.

— Так, снова придется бежать, — бросил гном через плечо. — Вперед по коридору в большой зал. Только не отставать!

Он рывком распахнул дверь, и друзья ворвались в коридор. Из непроглядного мрака — в свет дня. Массивные балки поддерживали высокий потолок, в камне стен были прорезаны узкие окна-бойницы. Слантер не задумываясь свернул налево. Друзья мчались по длинному коридору мимо ниш и дверей, окутанных сумраком, мимо пустых проржавевших лат на каменных пьедесталах, мимо развешенного по стенам оружия. Теперь крики погони стали громче, и казалось, преследователи несутся прямо на них. А потом звук словно взорвался, и крики раздались уже отовсюду. За спиной беглецов, буквально в нескольких ярдах от них, широко распахнулась дверь, и гномы-охотники ворвались в коридор. С дикими воплями они устремились в погоню.

— Быстрее! — прокричал Слантер.

Друзья были уже на пороге высоких деревянных дверей, украшенных причудливой резьбой. Стрелы гномов свистящим градом летели вдогонку. Слантер и Гарет Джакс с разбегу навалились на дверь — затрещали железные петли, створки прогнулись, и дверь распахнулась. Друзья вломились в открывшийся проем и не мешкая бросились вниз по длинной лестнице, в спешке едва не сбивая друг друга с ног. Но вот лестница наконец закончилась, и беглецы оказались в том самом огромном зале, куда и стремился Слантер. Солнечный свет, свободно льющийся сквозь высокие зарешеченные окна, хорошо освещал зал: резной потолок, перекрестные балки — древние и облупившиеся, — ряды длинных, беспорядочно расставленных столов и скамей. Друзья лишь на мгновение приостановились, чтобы перевести дух, и со всех ног помчались через зал, опрокидывая на бегу скамьи. Сзади гремели крики — преследователи были у порога.

Джайр старался не отставать от Слантера. Какая-то пелена застилала глаза: долинец не видел, а скорее сознавал, что впереди, чуть слева, бежит Гарет Джакс, а сзади — Форкер с Эдайном. Джайр задыхался, каждый вдох отдавался болью в легких. Боль терзала раненое плечо. Стрелы и дротики со зловещим свистом пролетали мимо, вонзаясь в деревянные столы и скамьи. Гномы-охотники были повсюду.

— Лестница! — крикнул Слантер.