Читаем Песнь ножен полностью

Однажды в месяце хускаст, когда лучики утреннего летнего солнца ласкали землю, Дриссила поднялась с постели и по своему обыкновению отправилась на кухню, собираясь приготовить завтрак для обитателей дворца. Кухня во Дворце Диких Цветов была оснащена недавним изобретением, которым восхищался весь цивилизованный мир: водяным насосом. Под каменными плитами пола располагался колодец неимоверной глубины. Подобные колодцы имелись во многих домах города. Их питал подземный бассейн, над которым стоял Зэмерканд. Поэтому в городе никогда не было проблем с водой. Напротив, порой Зэмерканд оказывался наполовину затоплен — если уровень воды поднимался и она перехлестывала через края колодцев. Семьдесят лет назад, после сорокадневных дождей, в городе произошло настоящее наводнение…

Нынешний день хускаста обещал стать одним из самых жарких. Дриссила пошла к насосу, намереваясь накачать воды. Она была не из тех управительниц, которые только и ели что подгонять слуг, и зачастую сама помогала им в работе.

— Ты займись овсяными лепешками, — сказала она юноше-слуге, — а я наберу воды.

Говоря откровенно, ей нравилось возиться с насосом. Она повесила бадью на крюк и принялась качать рычаг. Сначала было тяжело, поскольку воду требовалось поднять с большой глубины, и рычаг ходил туго. Но когда вода попадала в трубу, стало легче. Дриссила услышала журчание и удовлетворенно кивнула, ожидая, когда первая сверкающая струя хлынет в бадью. Дриссила предвкушала, как она напьется холодной свежей воды, поднявшейся из недр земли.

Но когда долгожданная жидкость полилась в бадью, Дриссила замерла на месте, в изумлении приоткрыв рот.

Вода была не прозрачной, а матово-белой.

Один из кухонных слуг подошел к насосу.

— Похоже, в колодец попала глина, — заметил он.

Дриссила покачала головой.

— Вода гораздо белее, чем каолин. Это похоже… похоже на молоко. — Она понюхала ведро. — И пахнет как молоко. Что происходит?

— Можно я попробую? — спросила одна из девушек. — Это ведь действительно молоко.

— Нет, — резко сказала Дриссила. — Оно может быть отравлено.

Дриссила ничего не понимала, однако она давно уже усвоила, что в мире, полном магов и отравителей, нужно быть предельно осторожной. Сперва Дриссила вышла в сад, потом отправилась прямиком в королевскую опочивальню.

Царственная чета недоуменно уставилась на стакан, предъявленный им Дриссилой. Они не понимали, зачем понадобилось будить их ни свет, ни заря, дабы продемонстрировать немного молока.

— Это льется из колодца, — заявила Дриссила. — Во дворце нет ни капли воды. Я пошла к другому колодцу, в саду, и велела мальчику вытащить оттуда ведро. То же самое. Я подумала, не отравлено ли оно. Была же у нас проблема с птицами. А теперь это.

Солдат протянул руку.

— Дай-ка взглянуть…

Когда Дриссила передавала ему стакан, немного молока вылилось на мраморный пол. Одна из дворцовых кошек, сопровождавшая Дриссилу из кухни, с готовностью осушила лужицу. Казалось, ей понравилось. Некоторое время все молча смотрели на кошку. Та подлизала белые следы и принялась мяукать, прося добавки. Она умоляюще глядела на Солдата, который держал в руке стакан.

Ничего дурного с кошкой не произошло. Никаких признаков отравления не наблюдалось — ни агонии, ни вялости, предшествующей смерти от яда. Кошка была явно огорчена, что ей не перепало еще немного молока, и ушла поискать лакомства в другом месте.

А «лакомства» везде было полно…

— Молочная напасть! — воскликнул Солдат. — Во имя всех богов! Чего ОммуллуммО надеется добиться этим?…

Все до одного колодцы в городе оказались полны молока. То же произошло с бассейнами. Каждая капля воды — же той, которая текла в канализации и в канале, — была молочной. Миллионы галлонов молока заполонили город.

Сперва горожане радовались. Чудесное, жирное, вкусное молоко текло из всех колодцев. Людей не заботило отсутствие воды. Молочные напитки, молочные пудинги… молоко приятно на вкус и полезно. Можно продавать его соседним странам, где недоставало пастбищ и коров. Пустынным странам, лесистым странам… Новый великолепный источник дохода для и без того не бедного города.

Но, конечно же, восторги быстро прошли.

В жаркий солнечный день молоко быстро скисло. К полудню город вонял. Люди ходили по улицам, зажимая пальцами носы, или запирались в домах. Нет ничего столь всепроникающего и отвратительного, как запах кислого молока. И, разумеется, пить теперь стало нечего. К концу первой недели молочной напасти люди выжимали из творога сыворотку. А сыворотка — омерзительная жидкость.

Некоторые выжимали сок из фруктов. Некоторые пили безвредные лекарства. И, разумеется, в городе имелось пиво… Что до вина, жители Зэмерканда были просто помешаны на медовухе, и бочки этого напитка заполняли собой половину городских погребов. Но медовуха — сладкая, как патока, и не утоляет жажду, а лишь усиливает ее. Не прошло и нескольких дней, как горожане выпили все, кроме сыворотки. Многие заболевали. Невозможно стало мыться и содержать город в чистоте. Началась эпидемия.

В храмах молились о дожде…