Читаем Песнь ласточки полностью

— Я больше не могу идти! — не выдержав и резко остановившись, произнесла Мария, зачесав спутанные рыжие волосы назад и чуть ли не гневно сверля спину даже не обернувшегося Виктора, что продолжал ловко перепрыгивать с одного серого валуна, покрытого мхом на тёмной стороне, обращённой к распростёршемуся по правую руку обрыву с далёкой змейкой реки, чей шум долетал даже до сюда, на другой. — Эй, у тебя уши случайно не заложило? Мы шли целую ночь, утро и день, ни сделали ни одного привала, даже еды не раздобыли! Ты понимаешь, что ещё день такого пути и мы точно живыми до Города Всех Дорог не доберёмся!

Парень даже не дрогнул, продолжая дальше перешагивать с камня на камень, ведя за собой уже не так уверенно ступающего коня, что с тихим стуком осторожно переступал с одного неровного валуна на другой, порой замирая и смотря на распростёршуюся далеко внизу чёрную извилистую реку, поблёскивающую чешуйками отражённых в ней солнечных лучей. Не выдержав и подобрав камень поувесистей, Мария со всей силы кинула в него, тут же поскользнувшись на влажном мху и рухнув на один из серых, почти что чёрных валунов, с неприкрытым наслаждением смотря, как Виктор чуть ли сам не сваливается в пропасть, в последний миг ухватившись за поводья Дракара и испепелив спутницу настолько гневным и раздражённым взглядом вмиг вспыхнувших опасным золотом глаз, что та невольно насторожилась, даже нахмурив брови и смотря, как парень в несколько шагов преодолевает расстояние между ними.

Властно вскинув голову и сощурив глаза, Мария с интересом взглянула на него, сцепив пальцы на коленях и изогнув светло-рыжие брови, уже готовясь к предстоящему концерту. Видимо, до Города Всех Дорог не обругавшись около сотни раз они вряд ли доберутся, и, что самое обидное, зачастую то она источник этих ссор, а вот Виктор — тот, от кого она черпает на них идеи.

— Когда ж ты в болоте сгниёшь?.. — еле слышимо прошипел парень, присев напротив и не моргая смотря на неё. — Неужели в твоей дырявой голове не уживается то, что за нами, в частности за мной, ведётся охота, и если мы сделаем хотя бы один привал, то не только подвергнем себя риску, но и приблизим к смерти? Так что соизволь терпеть, ведь это пока что единственное, что тебе остаётся делать.

— Прости, в темнице Безымянного не сидела, так что и понятие «терпеть» для меня довольно скользкое, — изогнув губы в злой усмешке парировала Мария, победоносно скрестив на груди онемевшие от вечного холода руки. Как же в эти минуты она жаждала быть услышанной, особенно перед этим бесчувственным, почти что безликим, увальнем, который и на сострадание не способен. Даже у Безымянного эмоций больше в отличии от некоторых!

— И на что я только согласился? — устало качнул головой Виктор, на миг закрыв лицо спутанными, тёмно-пепельными волосами, что стали ещё чернее после блуждания по туннелям, вырытым змеем полозом.

Мария лишь возвела глаза к чистому лазурному небу, устало повалившись на спину и на миг зажмурившись, уже изнывая от усталости и чуть ли не воя от собственного бессилия. Ей тут не место! не место в книге, она ведь не буквы на старых пожелтевших страницах, в отличии от всего вокруг! Да и иллюзией всё происходящее как-то сложно назвать, скорее, страшной реальностью, граничащей со сном.

— Вставай, нам ещё долго идти.

Вздохнув, девушка всё же поднялась, попытавшись отряхнуть уже изрядно поношенные штаны и, выпрямившись, чуть ли не с вызовом в глазах взглянула на бесстрастное лицо Виктора с его изогнувшимися в нахальной ухмылке губами. Конечно, он то лучше знает свой мир в отличии от неё, что уже успела попасть во все различные передряги и за какой-то день заставить одного из властителей четырёх фракций чуть ли не возненавидеть себя! Как же жалко, что при ней нет машины времени, она бы столько всего изменила…

— Знаешь, кто ты? — изогнув брови хмуро поинтересовалась Мария.

— Я даже знать не хочу, — честно ответил тот, вдруг наклонившись и, ловко подхватив её под колени, как то даже слишком легко перекинул через своё плечо, заставив возмущённо вскрикнуть и неловко ударить по холодной, пропитанной сладковатым привкусом земли из кровавых топей, кулаком. — И не отпущу до тех пор, пока не соизволишь желания молчать в тряпочку до самого Города Всех Дорог.

— А не много ли ты хочешь? — даже привстала от возмущения девушка, сдув упавшие на лицо вихри волос и опасливо покосившись на развернувшуюся всего в паре метров от них чёрную пропасть с далёкой рекой. — Я в принципе долго молчать не могу, так ты меня ещё вынуждать будешь… варвар!

Виктор лишь усмехнулся, придерживая одной рукой ноги и даже не обращая внимания на мимолётные удары, что сопровождались каждый раз, когда он перепрыгивал с одного камня на другой, порой специально подбираясь ближе к обрыву и даже слыша, как в эти мгновения сердце девушки на пару секунд буквально готово выпрыгнуть из груди, а сама та невольно замирает, сжимая своими тонкими пальцами его рубашку, тут же опасливо разжимая, когда смотрящие вниз скалы удалялись.