Читаем Пески времени полностью

Сестру Терезу била такая сильная дрожь, что тряслись даже фалды ее апостольника. Она в оцепенении уставилась на преподобную мать. Последние тридцать лет своей жизни сестра Тереза провела в монастыре. И мысль о том, что ей придется уйти из него, не укладывалась у нее в голове. Подняв руку, она показала знаком, что не может этого сделать.

Преподобную мать охватило отчаяние.

– Крест не должен попасть в руки этих людей от сатаны, так что сделай это ради Господа.

Глаза сестры Терезы озарились светом. Она гордо выпрямилась и, показав знаком: «Ради Господа», – повернулась и поспешила к трапезной.

К ним подошла сестра Грасиэла, глядя в растерянности на творившийся вокруг жуткий погром.

Люди Акоки все больше зверели, круша и ломая все, что попадало им под руку. Сам полковник одобрительно наблюдал за происходящим.

– Не знаю, как вы, а я намерена бежать отсюда ко всем чертям, – сказала Лючия, повернувшись к Миган и Грасиэле. – Вы идете?

Они остолбенело смотрели на нее, не в состоянии что-либо ответить.

К ним торопливо семенила сестра Тереза, держа в руках что-то завернутое в кусок холста. Люди Акоки продолжали сгонять монахинь в трапезную.

– Пошли, – сказала Лючия.

Немного помедлив, сестры Тереза, Миган и Грасиэла последовали за Лючией к огромной входной двери. Завернув за угол в конце длинного коридора, они увидели, что она была проломлена.

Неожиданно перед ними появился один из людей полковника:

– Вы далеко, дамы? Назад. Мои друзья имеют на вас определенные виды.

– У нас есть для тебя подарок, – не растерялась Лючия.

Улыбнувшись, она подняла один из тяжелых металлических подсвечников, стоявших вдоль столов в прихожей. Мужчина озадаченно посмотрел на нее:

– А что с ним делать?

– А вот что.

Лючия с размаху ударила его канделябром по голове, и он без сознания рухнул на пол. Три монахини в ужасе наблюдали за этим.

– Шевелитесь! – сказала им Лючия.

И вскоре Лючия, Миган, Грасиэла и Тереза, миновав монастырский двор, уже выходили из ворот монастыря в звездную ночь.

Лючия остановилась:

– Теперь я вас покидаю. Вас будут искать, так что вы лучше уходите отсюда.

Повернувшись, она направилась к возвышавшимся в отдалении за монастырем горам. «Я спрячусь там и подожду, пока им не надоест искать, а потом отправлюсь в Швейцарию. Надо же было такому случиться. Эти скоты разрушили укромное для меня местечко».

Забравшись немного повыше, она оглянулась. Оттуда ей хорошо были видны три сестры. Невероятно, но они все еще стояли у ворот монастыря тремя черными изваяниями. «Ради Бога, – подумала она, – убирайтесь же, черт возьми, оттуда, пока вас не схватили. Быстрее!»

* * *

Они были не в силах сдвинуться с места. За долгие годы их мироощущение, казалось, было окончательно парализовано; они никак не могли взять в толк, что с ними происходит, и упорно продолжали смотреть себе под ноги. Они были настолько потрясены, что ничего не соображали. Проведя столько времени в стенах Божьей обители, в изоляции от внешнего мира, и оказавшись вдруг вне ее спасительных стен, они испытывали теперь полное смятение чувств и панику. Они не имели понятия, куда им идти и что делать. В стенах монастыря их жизнь была подчинена давно установленному порядку. Их кормили, одевали, говорили, чем заниматься. Они жили по уставу. И вдруг этого устава не стало. Что Богу угодно от них? Что Он задумал? Они, сжавшись, стояли вместе, не решаясь ни заговорить, ни взглянуть друг на друга.

Сестра Тереза робко указала на видневшиеся вдалеке огни Авилы и подала знак: «Туда». Они нерешительно двинулись по направлению к городу.

«Да нет же, идиотки, – подумала Лючия, наблюдая за ними с возвышения. – Вас же в первую очередь будут искать там. Но это уж ваше дело. У меня хватает своих забот». Она некоторое время смотрела, как они шли к своей гибели, на верную смерть. «Проклятие!»

Она торопливо спустилась и, спотыкаясь о камни, побежала за ними, ее тяжелое облачение мешало ей двигаться.

– Подождите, – крикнула она. – Стойте!

Сестры остановились и повернулись. Задыхаясь, Лючия подбежала к ним.

– Вы не туда идете. Прежде всего они будут искать вас в городе. Вам надо спрятаться в каком-нибудь другом месте.

Три сестры молча смотрели на нее.

– В горы, – сказала Лючия, теряя терпение. – Надо идти в горы. Идите за мной.

Она повернулась и вновь пошла к горам. Помедлив, сестры гуськом потянулись за ней.

Время от времени Лючия оглядывалась, чтобы убедиться, что они не отстали. «И что я лезу не в свое дело? – думала она. – Я не обязана заботиться о них. Вместе идти опаснее». Она продолжала подниматься в горы, стараясь держать их в поле зрения.

Для сестер это было тяжелым испытанием, и когда они начинали отставать, Лючия останавливалась, дожидаясь их. «Я отделаюсь от них утром».

– Давайте быстрее! – крикнула она им.

* * *

Обыск монастыря закончился. Ошалевших, в изорванной окровавленной одежде монахинь согнали всех в одно место и посадили в фургоны без опознавательных знаков.

– Отвезите их в Мадрид, в мой штаб, – приказал полковник Акока. – Держите их в изоляции.

– По обвинению в...

– ...пособничестве террористам.