Читаем Пешки (СИ) полностью

Хаар думал. Планета им нужна, и точка. Когда это глодхов смущало численное превосходство? Их преимущество не сила, а разум. И для начала надо бы запустить к выбранной планете разведчиков, да и пару населенных космических станций бы не помешало бы захватить с целью простейшего базового исследования. Если эти существа разумны, значит, у них есть язык. А если две расы смогут друг друга правильно понять, то и договориться не составит особого труда.

Хаар вздохнул. В системе они насчитали около восьми крупных заводов. Целое состояние по меркам глодхов и залог процветания и роста их будущего дома. Но пока еще их трогать нельзя.

Радовало то, что какой-либо серьезной орбитальной защиты на выбранной ими локации вовсе не было. Они что, совсем не воюют? Или никогда не воевали? А может быть, такая беспечность вызвана бесстрашием и надеждой на сильный флот?

Больших кораблей, по типу того же «Верея» в окрестностях Хаар не заметил. Маскировка? Или их НЕТ?! Те крейсеры, что пролетали якобы для защиты транспортников по самым простейшим расчетам мощи, не могли противостоять глодхам в классическом боевом столкновении. Но одно дело 10 ударников, совсем другое — тысячная эскадра. Что же, стоит попробовать оценить ситуацию методом щупа.

От «Верея» отпочковалось восемь разведчиков, пустившиеся под маскировкой шерстить ближайшие планеты и еще два абордажника — на самые дальние рубежи. Надо бы захватить 15–20 особей этой странной цивилизации. Для начала наладить контакт. Хотя это не столь важно, планета будет принадлежать глодхам, хотят этого хозяева или нет. Просто потому, что у экипажа и пассажиров «Верея» нет другого выхода.

Маскировка, как и надеялся Хаар, сработала безупречно. «Верей» слился с открытым космосом, практически не искажая сигналы локационных станций, которыми была насквозь пронизана вся система.

Через две недели вернулись абордажники с ценными данными. Цивилизация называла себя людьми, язык был несколько сложен, но биоматрица его все-таки расшифровала. Те 18 человек, мозг которых пошел на препарирование, умерли не зря, как и остальные. Споры инфекции, выпущенные в жилые отсеки, вовремя сыграют глодхам на руку. Что может быть эффективнее страха мгновенного уничтожения? Бесполезной не будет ни одна смерть.

Хаар ликовал за одним небольшим «но». По поводу имеющегося вооружения они так ничего важного и не узнали, последующая игра будет идти вслепую. Но были и хорошие новости: они попали в самую окраину, не очень-то и нужную, хотя, скорее всего, люди на переговорах будут доказывать обратное.

Интересна Хаару была и ветка развития, коррелирующая с наносетью. Процесс модификации глодхов длился около 200 лет, шлифуя поколение за поколением, чтобы они стали едины центральным коллективным разумом, не утратив личности.

По сути, оболочка корабля и стала центром разума их ячейки: отец, подстроившись под нужды своих детей, стал тем, в чем они нуждались.

А теперь настала очередь детей найти прибежище для своего родителя, и они его нашли. Все, что теперь осталось Хаару — продумать план и высадиться на планете с наименьшими потерями. Он даже знал, как они назовут свой новый дом. Точно так же, как и корабль, «Верей».

— Внимание, — пронеслось по общей инфосети корабля. — Братья и сестры! Мы долго искали себе дом. Я знаю, как вы ждали этого момента. Завтра, через четверть после ночного сна мы заходим на посадку. Просьба быть готовыми.

«Верей» вздрогнул, словно присоединяясь к восторженным крикам и ликованию своих детей.

________________________________________________________

Диспетчер ничего не понимал: орбитальные станции одна за другой выходили из строя, будто кто-то методично, по очереди, отключал их в своих целях. Ни от корпорации, которой принадлежала львиная доля производства, ни от имперских служб никакой предупреждающих оповещений не поступало. Как только наземные датчики зафиксировали крупный объект, вошедший в атмосферу, и четыре десятка мелких но двигающийся с гораздо меньшей скоростью, нежели бы это был метеорит, диспетчер наконец убедился в своих догадках.

Спокойно отхлебнув остатки кофе, парень отправил несколько сообщений и сделал все необходимое согласно должностным инструкциям. Спустя минуту от центра внутренней связи остался лишь дымящийся пепел.

Через несколько часов другой диспетчер, но уже на одном из заводов на четвертой планете системы получил послание, заставившее поставить в оборону все функционирующие подстанции. Там было всего одно слово:

«Аллестеро. ВТОРЖЕНИЕ»