Читаем Пешка и королева полностью

— Прекрасно! — продавец оживился, — Имеются наборы кукольных домиков всех видов и на любую цену, с косметикой, с нарядами, столовыми приборами… Вы первый, кто заглянул за весь день. Клиентов у меня почти не осталось — развел он руками, — современные дети любят играть не с реальными, а все больше с виртуальными человечками.

— Это так, — кивнул Марк.

— Ваша тоже? — понимающе дернул бровями мужичок.

— Да. Она очень любит одну виртуальную 3-D игру, которая называется «Шах и мат». Нет-нет, — поспешил возразить он, — это не шахматы.

— А что это?

— Долго объяснять…

— А я никуда не тороплюсь.

Марк отважился посмотреть в глаза продавцу.

— Ну, в общем, суть игры в том, чтобы, управляя набором персонажей, одержать победу над командой таких же персонажей противника. В команду набираются солдаты и специалисты, которых называют так же, как и фигуры в шахматах. Ну там, ферзь, тура и так далее. Каждый специалист обладает своим умением, которое незаменимо в определенной ситуации. Я не очень разбираюсь в подробностях, но играть можно как с компьютером, так и в мультиплеере с реальными противниками.

— Занятно, — пробормотал мужичок. — С друзьями целые баталии устраивает, да?

— Нет, — пожал плечами Марк. — Ее друзья не любят эту игру. Она все время выигрывает.

Мужичок тактично кивнул и перевел разговор на другую тему.

Через некоторое время Марк смотрел на красиво запакованную розовую коробку с прозрачной пленкой, через которую просматривалась кукла в ситцевом клетчатом платье. Головку голубоглазого ангела украшала соломенная шляпка. На коробке было написано: «Кукла Марта». Марк перевернул коробку. К игрушке прилагался сачок и пара платьев. На это ушли почти все его деньги. Стараясь об этом не думать, он торопливо зашагал в направлении кафе «Static-X», к одной из немногих забегаловок, куда вход в этом районе разрешался всем без исключения, и цветным тоже. Коробку бережно спрятал за пазуху.

Марк занял столик в конце зала у окна. Кафе было практически припортовым — окна в основном выходили на пристань, где воняло тухлой рыбой. Посмотрел на время — семь тридцать. Незаметно, как бы невзначай, огляделся. Все нормально. Копов и подозрительных личностей поблизости не видно, но именно отсутствие опасности вызывало у него беспокойство. Осторожность настолько въелась в кровь, что даже от присоединения к Информационной сети он отказался. Хотелось спрятаться, остаться невидимым, незаметным. Поднимать ворот куртки и цеплять темные очки на нос, юрко продвигаясь в вечерней толчее.

Марк попробовал разобрать содержание меню, однако занятие это ему быстро надоело. Глаза уставали от букв, чтение утомляло его разум. Больше он любил разглядывать комиксы. Нравилось переводить глаза с одной картинки на другую и вчитываться в пузыри, которые появлялись из губ персонажей. Некоторые моменты книга ни за что бы не передала. Например, объемное «Crack», растянутое желтыми буквами на полрисунка, когда главгерой смачно хряпает доской злодея по темечку. Или «Ooops!». Или «Zzzzzz». Марк даже зажмурился на мгновение от удовольствия, тихонько подув на принесенный заспанной официанткой чай. Вся жизнь — это, в сущности, комикс. Знай, только прыгать успевай с клетки на клетку. И запоминаются в основном красочные моменты — картинки, слепки, зарисовки из прошлого. Сидящий в кафе человек.

Напротив, спросив разрешения, устроился худощавый парень лет двадцати пяти в тертой кожаной куртке с дырами. На груди красовалась эмблема с крыльями и надписью «Air force». Стрижка «ежиком» выдавала в нем «борца», одного из тех, которые с регулярностью метронома взрывают фешенебельные магазины в деловом центре. Парень заказал пиво и безучастно уставился в окно. Смотреть там было особенно не на что: море еле колыхалось, над поверхностью воды кружили целые эскадры оголодавших чаек. Почесывая затылок, сидел одинокий мужик с удочкой. Чуть поодаль, возле контейнеров, устало пихались за картонную коробку бродяги.

— Уррроды, — выдохнул парень многозначительно и хлебнул из банки.

Прокукарекал сигнал срочных новостей. В визоре возникло лицо диктора. Мужчина встревожено-деловым голосом зачитывал сводку, и народ синхронно повернулся к экранам.

Марк сначала разглядывал диктора, а потом стал прислушиваться, о чем этот малый лопочет.