Читаем Первый закон полностью

Логен не мог больше видеть страдания ученика. Он наклонился поближе, делая вид, что поправляет палкой огонь, кашлянул, чтобы замаскировать свои слова, и тихо шепнул Малахусу:

– Вороний коготь.

Байяз сидел довольно далеко, а ветер по-прежнему шелестел в листве деревьев, так что маг никоим образом не мог услышать подсказки.

Ки сыграл роль отлично. Он продолжал вглядываться в корень, наморщив лоб, словно бы в глубоком размышлении. Наконец он предположил:

– Может быть, это вороний коготь?

Байяз поднял бровь.

– Хм, а ведь и правда. Отлично, Малахус! Не расскажешь ли, как его используют?

Логен кашлянул еще раз.

– Лечат раны, – прошептал он, рассеянно глядя в кусты и прикрыв рот ладонью. Может быть, он не так много знал о растениях, но в вопросе о ранах у него богатый опыт.

– Кажется, он хорошо лечит раны, – медленно проговорил Ки.

– Превосходно, мастер Ки! Это действительно вороний коготь, и им действительно лечат раны. Я очень рад видеть, что в конце концов мы все же продвинулись вперед. – Он покашлял, прочищая горло. – Однако мне любопытно, почему ты выбрал именно это имя. Вороньим когтем его называют только к северу от гор. Я никогда не учил тебя такому названию. Интересно, с кем из тех краев ты знаком? – Он перевел взгляд на Логена. – Ты никогда не думал о том, чтобы избрать своим поприщем магические искусства, мастер Девятипалый? Возможно, у меня освободится место ученика. – Он снова посмотрел на Ки, сузив глаза.

Малахус повесил голову.

– Виноват, мастер Байяз.

– Тогда, может быть, ты помоешь нашу посуду? Возможно, эта задача более соответствует твоим дарованиям.

Ки нехотя сбросил с плеч одеяло, собрал грязные миски и побрел через кусты к ручью. Байяз наклонился над котелком, висевшим на огне, и принялся сыпать в бурлящую воду какие-то высушенные листья. Колеблющийся огонь костра освещал его лицо снизу, вокруг лысой головы клубился пар. Пожалуй, в конечном счете он все же выглядел вполне подходящим для своей роли.

– Что это у тебя? – спросил Логен, протягивая руку за своей трубкой. – Какое-нибудь колдовство? Магическое зелье? Еще одно великое произведение высокого искусства?

– Это чай.

– Что?

– Листья одного растения, которые заваривают в воде. В Гуркхуле чай считается немалой роскошью. – Маг налил немного варева в чашку. – Не желаешь попробовать?

Логен подозрительно потянул носом.

– Пахнет немытыми ногами.

– Ну как угодно. – Байяз покачал головой и снова уселся у огня, обхватив дымящуюся чашку обеими ладонями. – Но ты упускаешь возможность насладиться одним из величайших даров природы. – Он сделал глоток и удовлетворенно причмокнул. – Успокаивает ум, придает силы телу. Чашка хорошего чая поможет справиться почти с любой проблемой.

Логен забил в трубку комок чагги.

– Любой? А как насчет топора в черепушке?

– Да, это исключение, – с улыбкой признал Байяз. – Скажи мне, мастер Девятипалый, откуда столь кровавая вражда между тобой и Бетодом? Разве ты не сражался за него много раз? Почему он так ненавидит тебя?

Логен помолчал, затянулся дымом из трубки, выдохнул его.

– Есть причины, – сухо сказал он.

Старые раны еще не затянулись, и Логену не хотелось бередить их.

– Ага, есть причины. – Байяз заглянул в свою чашку. – А как насчет твоих причин? Разве ваша вражда не обоюдная?

– Возможно.

– Тем не менее ты согласен ждать?

– Приходится.

– Что ж, ты очень терпелив для северянина.

Логен вспомнил Бетода, его омерзительных сыновей и множество хороших людей, которых они убили ради своей выгоды. Которых он убил ради их выгоды. Вспомнил шанка, и свою семью, и развалины деревни на морском побережье. Вспомнил погибших друзей. Он поцокал языком и уставился в огонь.

– Я в свое время сводил счеты с людьми, – проговорил он, – но в итоге получал только новые поводы для вражды. Месть порой доставляет удовольствие, но это роскошь. Она не накормит тебя, не укроет от дождя. Чтобы сражаться с врагами, мне нужна поддержка друзей, а их у меня не осталось. Надо смотреть правде в глаза. Прошло то время, когда мои планы простирались дальше, чем необходимость прожить день и не умереть.

Байяз рассмеялся, поблескивая глазами в свете костра.

– Что тут смешного? – спросил Логен, передавая ему трубку.

– Не обижайся, но ты бесконечный источник сюрпризов. Совершенно не то, чего я ожидал. Ты настоящая загадка!

– Я?

– Ну конечно! Девять Смертей! – прошептал волшебник, широко раскрывая глаза. – Что за ужасную славу ты заслужил, мой друг! Каких только историй про тебя не рассказывают! У тебя кошмарное имя. Матери пугают им детей!

Логен промолчал – здесь трудно было возразить. Байяз не спеша затянулся и выпустил длинную струйку дыма.

– Вспоминаю тот день, когда принц Кальдер нанес нам визит, – сказал он.

Логен хмыкнул:

– Предпочитаю поменьше думать о нем.

– Я тоже, но в данном случае меня заинтересовало не его поведение, а твое.

– Мое? Не могу припомнить, чтобы я сделал хоть что-то.

Байяз ткнул чубуком трубки через костер, указывая на Логена.