Читаем Первый виток спирали полностью

Неторопливо двигаясь по одной из довольно широких улиц, Мари постепенно вышла к городской площади, где она неожиданно увидела группу таких же серых, бесцветных людей, которые неподвижно стояли у разбитого и явно уже давно не функционирующего фонтана. Среди них было трое мужчин и две женщины. Их абсолютная неподвижность, неопрятно висящие обветшалые одежды, а также общая безжизненная бесцветность делали их похожими на бледных, полупрозрачных призраков, поэтому Мари неожиданно испытала сильнейшее желание поскорее убежать отсюда и скрыться где-нибудь, пока они ее не заметили. Но, подавив в себе этот спонтанный, липкий страх, она попробовала осторожно к ним приблизиться.

— Э-э-эй, — вполголоса окликнула она эту странную компанию, сама толком не представляя, чего она от них ждет. Неподвижно стоящие угрюмые фигуры тут же вздрогнули и, словно по команде, развернулись по направлению к ней. На их серых лицах не отразилось совершенно никаких эмоций, а их белесые рыбьи глаза посмотрели на нее как-то пусто и неосознанно. Услышав же гортанный, хрипло-булькающий звук, который издало одно из этих отталкивающих созданий, Мари окончательно передумала знакомиться с местными жителями и, недолго думая, бросилась от них наутек.

Миновав несколько улиц, девушка увидела магазин с на удивление целой стеклянной витриной и стремительно бросилась к нему, в надежде там как-нибудь укрыться. Разбитая вывеска магазинчика гласила «НИГИ». Очевидно, первая буква слова оказалась со временем утраченной. Мари решила, что если она спрячется в этом здании, то сквозь стеклянную витрину ей будет открыт хороший обзор на большую часть улицы. Дверь магазинчика, по счастливой случайности, оказалась не запертой. Быстро прошмыгнув сквозь нее внутрь, Мари поспешно спряталась, тихонько присев на корточки среди пыльных стеллажей, заполненных серыми книгами.

«Я очень надеюсь на то, что хозяин этого магазина — не один из тех приветливых, симпатичных горожан с площади», — с сарказмом подумала она, осторожно поглядывая сквозь витрину на казавшуюся совершенно безлюдной улицу.

Просидев так, почти совсем не шевелясь, как ей показалось, минут десять или пятнадцать, Мари немного успокоилась. Было похоже на то, что ее, все же, никто не преследует, или же ее преследователи просто-напросто сбились со следу. По крайней мере, улица по-прежнему выглядела довольно тихой и безлюдной.

Отчасти от нечего делать, а отчасти чтобы немного отвлечься, Мари осторожно взяла с полки, за которой она пряталась, одну из покрытых паутиной книг и с любопытством в нее заглянула. Но то ли эта книга была написана на каком-то совершенно экзотическом и незнакомом Мари языке, то ли в ней, действительно, была напечатана какая-то дребедень, состоящая из обрывков слов или даже просто наборов букв, которые шли сплошным текстом, разделенным пробелами без каких-либо знаков препинания: «кетем ург рыб самост гфрг фы запят надж резк умрат ждзг ифер над резерб парн юбж сопртнарг и кут ростор огнарь везжак русты збраст» и тому подобная чушь. Мари недоуменно вернула книгу на полку и взяла оттуда другую, но и там увидела подобную картину. В третьей же книге и вовсе ничего не было, потому что все ее страницы оказались абсолютно чистыми, белыми листами.

«Просто потрясающе! — вновь не без доли раздраженного сарказма, подумала Мари, — Какие же увлекательные и высокохудожественные произведения здесь, оказывается, читают! Немудрено, что у них всех, после этого, такие высокоинтеллектуальные лица».

Очевидно, именно от этого захватывающего чтива голова ее снова начала болеть. Мари устало присела на пол, сделав небольшой глоток воды из бутылки. В груди ее медленно пронесся целый ворох самых разнообразных чувств, начиная от тихой истерики и заканчивая упаднической апатией.

«Все понятно, — удрученно решила она, — Я, наверное, сплю или даже нахожусь в коме после аварии, а вся эта чушь вокруг просто какой-то нездоровый, затяжной кошмар в моей голове…».

Плавно, но настойчиво нарастающая головная боль, словно подтверждала своим существованием ее мысли. Такой мир просто не мог быть реальным. Все, чем он мог быть, так это лишь больным продуктом ее воспаленного мозга.

«Ну и как мне теперь отсюда проснуться? — спросила Мари у самой себя. Но ответ на этот вопрос она, естественно, не знала. Кроме того, где-то на заднем плане ее невеселых размышлений вдруг начали маячить еще более мрачные мысли, — А, может, я просто умерла? Может, это и есть ад? Ну, или, там, загробный мир? Или лимб? Или что-то в этом роде?».

Мари почувствовала подступающий к ее горлу тугой комок. Трясущимися руками она достала из рюкзака еще одну таблетку от головной боли и поспешно выпила ее, предварительно разжевав.

«Та-ак! А ну, сейчас же, возьми себя в руки, Мари!! — жестко приказала она самой себе, — И не раскисай! Ведь это, все равно, тебе не поможет, а только сделает еще хуже…».

Вновь осторожно выглянув на улицу и убедившись, что та по-прежнему пуста, Мари опять села на пол и решила попробовать ненадолго уснуть.