Читаем Первый раунд полностью

Я шёл домой, пробираясь между рытвинами, созданными градоустроителями, соображая, что почти прошла такая никудышная неделя, что новая почти началась, по крайней мере краешек её затеплился в образе большого для меня спортивного результата. На время мне стало спокойно и легко, будто с души свалился большущий камень. Но когда пришёл, заглянул в зеркало и не обнаружил на своём лице ни одного целого места, я с некоторым удивлением заметил, что контуры моего отражения вдруг расплываются, беспричинно теряют резкость, возникает боль в груди, страдальчески сводя мышцы подбородка. И тут же выплеснулась из глаз и прокатилась по лицу отчасти болеутоляющая влага. Боль то стихала, то возникала вновь с утроенной силой от осознания простой мысли о том, что бить надо просто по больному месту, и всё, и по другим местам, которые у человека не болят, бить не следует, ни в коем случае, так как это явится простой потерей времени, энергии и мышечных усилий. Это откровение давало ключ к последующему боксу, а бокс давал ключ ко всей последующей жизни, но боль в груди почему-то не утихала, хотя на неё волнами накатывались мои слёзы.

Последний раз в жизни.

От автора.

Поскольку время действия вышеописанных событий следует соотнести с серединой восьмидесятых годов ушедшего от нас двадцатого столетия, постольку следует отметить, что магазин на Литейном с тех пор совершенно преобразился, расцвёл, и ныне предлагает всем желающим прекрасный спортивный инвентарь, позволяющий любому в кратчайший срок стать человеком с большой буквы «С», что значит – Спортивным человеком. Но по той причине, что автор не представляет себе, как присобачить эту информацию к простому художественному повествованию, он считает своим долгом довести её до читателя дополнительно, дабы хоть постфактум отвергнуть у него мотивы зарождения каких-либо пессимистических рассуждений.