Читаем Первая мишень полностью

– Господин полковник, – услышал сыщик в трубке взволнованный голос Алиева и насторожился. – Вы вчера оставили мне визитку и просили звонить в случае каких-либо изменений. Так?

– Что у вас случилось? – не ответил на вопрос Гуров.

– Я не знаю, насколько это важно, – вздохнул бизнесмен. – Но вчера поздно вечером мне позвонили с угрозами.

«Началось!» – ликующе подумал Гуров, а вслух спросил:

– Какого рода угрозы?

– Этот скотина сказал, что счет и машина только лишь начало, – гневно пророкотал в трубку Алиев. – Говорит, убирайтесь все из России, иначе будет хуже. Так и сказал, гад, «валите отсюда, „чехи“, иначе в живых никого не оставим!».

– «Чехи»? – удивленно переспросил сыщик.

– Да, – коротко ответил бизнесмен. – Так ваши солдаты нас там называют, в Грозном.

Гуров поморщился от этого разделения на «наши» и «ваши». Вчера Алиев подобных высказываний себе не позволял. Но, хотя сыщику и неприятно было слышать последнюю фразу, он все же решил, что теперь бизнесмен может так говорить. Если кто и начал делить людей по национальному признаку, то уж точно не он!

– Вы можете подъехать к следователю? – поинтересовался Гуров вместо комментариев по поводу последней фразы бизнесмена.

– Хоть сейчас! – без раздумий ответил Алиев.

– Тогда подъезжайте. Адрес у вас есть, – разрешил сыщик и повесил трубку.

Дело принимало неожиданный оборот! Гуров знал, что Алиеву позвонят. Он почти не сомневался, что взрыв «Мерседеса» бизнесмена был лишь психологической акцией для подготовки жертвы к дальнейшему вымогательству. Но на такой поворот дела сыщик не рассчитывал. Тут уже откровенно пахло национальным шовинизмом.

Гуров наклонился к столу, потирая лоб. Невинное дело о компьютерном ограблении заметно усложнилось. Поступки бандитов абсолютно не укладывались в общепринятые в преступном мире рамки поведения. Всегда и везде сначала был звонок с угрозами, потом взрыв, как демонстрация серьезности намерений. А уж затем следовали вымогательство и грабеж.

С Алиевым все было наоборот. Сначала обчистили счет, потом взорвали машину. Ну и напоследок предъявили требования. Такие распространенные в наше время и все же непривычные для уха Гурова – «убирайтесь из нашей страны, иначе умрете!».

Похоже, Станислав был прав, когда утверждал, что с Алиевым решили поработать националисты. Или кто-то, страстно желающий походить на них.

Впрочем, пока это было не так уж важно. Гораздо важнее было то, что новый план вновь приходилось переделывать. И, поскольку версия о националистах становится ключевой, то сыщик решил сам ее отрабатывать. А Станиславу оставить проверку сотрудников «Инвест-кредита» и окружения бизнесмена. Но в первую очередь им обоим предстояла поездка в Зеленоград.

Крячко появился минут через пять после окончания телефонного разговора. Сыщик кратко изложил ему суть событий, случившихся рано утром, и объяснил, чем Станиславу придется заняться. Однако Крячко, услышав, что националистов Гуров берет на себя, просто взбесился.

– Гад ты, Лева! – завопил он. – Еще только вчера мою версию бредом называл, а теперь, когда обстоятельства изменились, тут же ее себе прикарманил? Героем прослыть хочешь? На место господа бога от сыска метишь?

– Не мой курятник, – абсолютно спокойно возразил сыщик на обвинения. – Мне ближе дела земные, а не небесной канцелярии. Кстати, если ты так жаждешь сорвать аплодисменты на этом деле, то у тебя появляется реальный шанс! Ты же займешься непосредственно поиском исполнителя. А уж националист он или алеутский чукча, значения не имеет. К тому же, – Гуров выдержал секундную паузу, – я совсем не уверен в том, что ограбление и взрыв дело рук националистов. Мне кажется, что кто-то конкретно «косит» под их методы работы. И я сам хочу это проверить.

– Ну-ну, – хмыкнул Станислав. – Ты же привык у нас чужими руками жар загребать.

– Вот уж извини! Что выросло, то выросло, – спокойно проговорил Гуров, а затем просто взорвался: – Да чего мы с тобой спорим, словно два сопливых пацана, которые девку поделить не могут? Я сказал, что ты поедешь в «Инвест-кредит», и точка!

Крячко только и оставалось, что махнуть на все рукой и закурить сигарету. Все происходящее было закономерностью, очередным повторением давно пройденного материала. Гуров всегда брался разрабатывать более реальную версию, оставляя другу возможность разгребать завалы. И каждый раз Крячко бесился из-за этого, но поделать ничего не мог, утешая самолюбие только тем, что хотя бы в этом случае версия была его.

Видя, как Станислав сердито пыхтит сигаретой, Гуров не выдержал и рассмеялся. За много лет работы он так и не перестал удивляться тому, как много мальчишества все же было в Крячко. Станислав очень часто вел себя, как капризный ребенок. И все же был очень неплохим сыщиком. Одним из лучших!

– Ну ладно. Хватит петушиться, – проговорил Гуров, поднимаясь из-за стола. – Мы делаем одно дело. И если начнем делить идеи на твои и мои, то у нас времени не останется преступников ловить.