Читаем Первая книга мечей полностью

— А ты ему в этом помогаешь, — подстегнул его Марк.

— Да. Я был уже на двух охотах. Один раз мы грохнули большого дракона, за которым долго гонялись, а второй раз не только разделали большого, но взяли и этого малыша. Оба раза я стоял с арбалетом на изготовку, но стрелять мне особо не пришлось. Нестор сам с ними разобрался. Конечно, большими этих драконов не назовешь, но они были уже «ногастыми» и покрупнее любого тяглозверя, понял?

— Вроде бы.

Марк попытался вспомнить все, что он раньше слышал о драконах. Когда дракончики вылупляются, они около года плавают в реках или ковыляют по суше на слабеньких рудиментарных лапках и потому являются отличной добычей для птиц, крупных рыб и мелких земных хищников. Вот такого малыша и выловил Нестор. Те, которым удалось выжить, большую часть времени проводят в воде, где они ждут, пока подрастут крылья. Лет через пять они вырастают с хорошую корову и наконец вылезают на сушу. Но стоит им подрасти еще немного, как они становятся слишком тяжелыми, чтобы крылья могли их поднять.

А поскольку крылья им больше не могут служить, они начинают сохнуть. И драконы превращаются в пресмыкающихся — ползают на брюхе как змеи. Их псевдоноги не в силах удержать их веса, но тем не менее они продолжают расти. Эту стадию их развития так и называют «змеиной».

Когда драконы готовы перейти в новую стадию (Марк не был уверен, что помнит, сколько на это может понадобиться лет), они наконец отращивают настоящие ноги. С точки зрения человека, эта их «ногастая» стадия наиболее опасна. Аппетит растет, и вес тоже, и потому дракон начинает расширять свои охотничьи угодья. Он жрет все, что попадется ему на пути: скот, мужчин, женщин, детей. А дальше — даже для настоящих ног вес туши становится слишком большим, и в своей следующей стадии развития драконы их отбрасывают, превращаются в гигантских червей и возвращаются во вскормившую их водную стихию. Но что касалось последней стадии — тут Марк не был уверен, может, и врут.

— Да-да, конечно. — Он не хотел выглядеть невеждой.

— Ну да. — Бен сонно зевнул. — И оба раза Нестор загнал дракона в кусты и там зарубил. — Ученик был явно в восторге от своего учителя. — А твой папаша тоже охотился на драконов?

— Нет, — ответил Марк, гадая, отчего это они все так решили. — А с чего ты взял?

— Сам не знаю. А, понял: твой меч очень похож на меч Нестора.

Герцог Фрактин отодвинул один из сине-белых гобеленов и, жестом повелев магу следовать за ним, вошел в потайную комнатушку без окон. Стоило им войти, как тут же сам собой вспыхнул светильник из тех, что остались от Прежнего мира, — сияние лилось из укрепленных на стенах плоских панелей, сделанных из неизвестного материала, и было гораздо ярче любого факела. Одна из стен этого надежно защищенного магией потайного кабинета была полностью занята огромной многоцветной, пестрящей множеством названий картой всего континента (герцогство Фрактина занимало на нем едва ли одну десятую). Несмотря на то, что на ней оставалось несколько белых пятен, остальные детали были выписаны довольно подробно. Она была одновременно и географической, и политической. Этот шедевр картографии был результатом нескольких десятилетий беспрерывной разведки уникальной агентуры Фрактина: рептилий, птиц, а также различных специально выведенных для этого существ, которых и классифицировать-то было сложно; и все они по своему умственному развитию были намного выше обычных животных.

Рядом с картой на соседней стене висели на крючке черная кожаная маска и плащ с капюшоном.

Но сегодня герцог Фрактин пришел сюда не за этим. Он сразу направился к столу, на котором стоял продолговатый деревянный ящичек, напоминающий по форме гроб, и жестом повелел магу его открыть.

Колдун возложил обе ладони на крышку, и оттуда донеслось слабое шуршание и жужжание, словно он был полон живыми насекомыми. Услышав этот звук, маг произнес несколько слов. Очевидно, теперь было нужно немного подождать, так как маг, продолжая держать руки на крышке, но не делая попыток ее поднять, спросил:

— Ваша светлость до сих пор уверена, что нападавшие были обычными разбойниками? Я что-то не слышал, чтобы этот сброд использовал боезверей.

— Нет, не уверен, — мягко согласился герцог. Говоря, он машинально разглядывал карту. — Так же как и в том, что атака была направлена на моего родственника.

— А значит, это не разбойники.

— Это очевидно.

— Тогда, возможно, агенты великого герцога?

— Ну, в том, что Бэзил не питает ко мне любви, в этом-то я как раз уверен. Как и в том, что он тоже знает о мечах и торопится собрать их. Как и я… Ха, синерясник, хотел бы я знать, сколько еще народа на континенте играет в ту же игру?! Остается надеяться, что твои последние предсказания о том, что мечи все еще здесь и не разбежались по всей земле, окажутся правдой.

— Все мечи еще на континенте, ваша светлость. В этом я абсолютно уверен. А вот где они и кто ими владеет…