<p>Сергей Большаков</p><p>Перстень Батыя</p>

<p>Часть I. Глава 1. Сокровище семьи – Эрден</p>

Он родился, когда луна набрала силу, освещала бескрайнюю степь своим удивительно ярким светом, позволяющим рассмотреть даже мелкие детали небогатого пейзажа. Свет был настолько мощным, что разбудил ящерицу, укрывшуюся на ночь в черепе погибшего коня. От лошади остались лишь кости головы, обклёванные хищными птицами и обглоданные дикими животными-падальщиками. Дело довершили суховеи, солнце и редкие дожди, которые иногда радовали влагой степь.

Его отец знал, что жена скоро разрешится от бремени и спешил добраться до родной юрты, в которой кроме жены он оставил свою престарелую мать. Коня он берёг и потому не гнал его. До дома оставался ещё долгий путь, потому решил остановиться здесь. Конечно, он мог бы отдохнуть в седле, как делают его соплеменники, но сегодня хотелось выспаться по-настоящему, чтобы предстать пред родными в наилучшем виде. Едва ступив на землю, заметил белеющий в лунном сиянии конский череп: «Вот и прекрасно! – решил он, – не придётся спать на кулаке».

Едва стал смыкать глаза, как понял, что в его «подголовнике» присутствует какая-то живность. Стал ворочать череп, пытаясь рассмотреть того, кто помешал спать. Увидел только мелькнувшую тень какого-то маленького существа. Как ни вглядывался, не мог понять, кто обустроил себе жилище в конском черепе. Тогда решил пошарить внутри, засунув руку через раскрытую редкозубую пасть. Только бы не змея! Неуверенной рукой, готовый одернуть ее в любой момент, он то и дело наталкивался на неровности, ямки и выпуклости. Наконец ощутил под пальцами холодную твердь металла. Ещё не осознавая, что это может быть, понял, что нащупал не целостный предмет, а что-то, имеющее внутреннюю полость. Достав находку, поднес ближе к глазам. На его ладони лежал богатый перстень, какие не носят простолюдины. Он поспешно вытер найденное шершавыми пальцами, подышал, обдул, снова почистил, теперь уже о загнутое голенище сапога. В конце концов, в свете зарождающегося утра сумел рассмотреть находку: по обе стороны кольца, головками вверх, размещались искусно выполненные ящерки, напоминающие ту, что недавно помешала ему заснуть. Передними лапами ящерицы удерживали достаточно большой камень ярко-голубого цвета.

Не переставая удивляться, он решил, что духи степи неслучайно одарили его таким щедрым подарком. «Значит, они выделили меня! Теперь мне непременно будет сопутствовать удача, и небо наградит рождением сына. Перстень, скорее всего, предназначен ему, а не мне». Прежние думы о сне умчались, как косяк диких лошадей в поисках щедрого пастбища. Теперь он уже не жалел коня, а напротив, то и дело взбадривал его плетью. На противоположном от восхода солнца крае горизонта показалась цепь холмов. Он знал, что за ними – стоянка его племени, его семейный шатёр, в котором живут самые дорогие сердцу люди. Пока их двое, но скоро будет трое.

Встретила его только мать. По её суетливым движениям и жестам он догадался, что жена рожает. Мать поспешно вернулась в жилище, он последовал за ней. Что делать в таких случаях, он не знал – они ждали первенца. Вышел покормить коня, осмотреть его.

Когда вернулся в юрту, мать обрадованно сообщила: у него родился сын. По традиции он должен был дать имя своему ребёнку. Осторожно ступая, вошёл на женскую половину к жене. Увидев его, она устало и нежно улыбнулась, ожидая, что скажет муж. Он достал перстень, показал его жене и сообщил своё решение:

– Это подарок духов степи к рождению нашего первенца. Потому назову его Эрденом, что значит «сокровище»!А перстень станет его амулетом.

<p>Часть I. Глава 2. Из пастухов – в воины</p>

Эрден рос мальчиком шустрым, смышлёным, По рождению ему надлежало стать пастухом, какими были все его предки, не помышляя о чём-то большем. Мальчик ещё неуверенно стоял на ногах, когда отец посадил его на коня. Эрден инстинктивно ухватился руками за гриву и, радостно сверкая глазами, отправился в первую поездку. Теперь он больше ездил на коне, чем ходил своими ногами. С каждым годом мальчик становился всё более крепким, более приспособленным к непростой жизни кочевника. Перстень с ящерками всегда был при нём. Только носил он его не на пальце – тот был очень для него велик. Помог отец, мастерски изготовил шнурок из конского волоса, продел его в перстень и повесил на шею сына как амулет.

– Пока рука не окрепнет, носи так, – сказал отец, игриво потрепав не по возрасту жесткие волосы наследника. И Эрден носил. К семи годам он настолько сроднился с перстнем, что считал его частью своего тела, важной и неизменной. Бабушка часто рассказывала ему, что его имя напрямую связано с этим украшением, найденным отцом в день его появления на свет. Он и сам считал, что перстень подарили ему всесильные, невидимые духи степи. Верил он и в то, что счастье и удача не оставят его, пока перстень будет при нём.