Читаем Пернатый змей полностью

Никто не знает Отца моего, и я не знаю Его.

Отец мой — бездна бездн, оттуда послал Он меня.

Он посылает орла тишины с широкими крыльями,

Чтоб он опустился над моей головой, моей шеей и грудью

И наполнил их силою сильных крыльев своих.

Он шлет змея могущества, что поднимается по моим стопам

                          и ногам,

И я наполняюсь силой, как горячий источник водой.

Но посредине горит, как Утренняя Звезда, горит посредине,

Между ночью и днем, моя Душа-звезда —

Мой Отец, которого я не знаю.

Говорю вам, не засияет свет дня,

И ночь не укроет тьмой

Без утренней звезды и звезды вечерней, которым они

                        подчиняются.

Ночь подчиняется мне, и День, я — звезда между них,

                         посредине.

Между грудью вашей и животом — звезда.

Если нет ее там,

Вы — пустые сосуды из тыквы, в которых лишь ветер да пыль.

Когда вы идете, звезда идет с вами, между грудью вашей

                         и животом.

Когда спите, она тихо сияет.

Когда говорите и ваши слова правдивы, она блещет

                    на ваших устах и зубах.

Когда храбро сражаетесь, ее чистый свет на вашей разящей

                            длани.

Когда входите к женам, как всякий достойный мужчина

                        к своей жене,

Утренняя Звезда и Звезда Вечерняя сияют вместе.

Ибо мужчина — Утренняя Звезда.

И женщина — Звезда Вечерняя.

Говорю вам, вы не просто люди.

Звезда небесная внутри вас.

Но видели вы мертвого человека, как звезда его покидает его?

И вас покинет звезда, как женщина оставляет мужчину,

                  если его тепло не греет ее.

И вы скажете: Нет звезды во мне; я не звезда.

Она вас покинет, и вы будете висеть на лозе жизни, как сухая

                          горлянка,

Ожидая, когда явятся крысы тьмы, чтобы выгрызть

                         ваше нутро.

Слышите, как крысы тьмы вгрызаются в ваше нутро?

Пока вы не станете как пустые, выгрызенные крысами

                          гранаты,

Висящие на Древе Жизни?

Если б сияла звезда, тогда они бы они не посмели, не смогли.

Если б вы были люди Утренней Звезды.

Если б звезда сияла в вашей душе.

Ни одна крыса тьмы не посмела бы грызть вас.

Но я — Кецалькоатль, сын Утренней Звезды.

Я — живой Кецалькоатль.

А вы — люди, которые должны стать людьми Утренней Звезды.

Я позабочусь, чтоб вы не стали горлянками,

                    выеденными крысами.

Я Кецалькоатль, рожденный от орла и змеи.

Земли и воздуха.

От Утренней Звезды.

Я — Господь Двух Путей…

Зазвучал барабан, Люди Кецалькоатля внезапно сбросили с себя серапе, Рамон сделал то же самое. Теперь они были обнажены по пояс. Восемь человек, стоявших у ступеней алтаря, поднялись к алтарю, на котором горел огонь, и один за другим зажгли от него высокие зеленые свечи. Потом выстроились по обеим сторонам престола, высоко подняв свечи, так, чтобы деревянный лик фигуры светился, как живой, и его глаза из серебра и черного янтаря странно заблестели.

— Человек возьмет вино его духа и кровь его сердца, масло живота и семя чресл и предложит их сначала Утренней Звезде, — сказал Рамон громовым голосом и повернулся к толпе.