Читаем Перезагрузка Императора полностью

Наступила тишина. Оставшиеся корпораты, их было не больше дюжины, переглядывались, их лица были бледны от ужаса. Видеть, как их неуязвимый «Центурион» только что разнес их командира, было для них шоком. Один за другим они начали бросать свое оружие на пол.

Кхар’раш, которые до этого с изумлением наблюдали за происходящим, медленно опустили свои щиты и оружие. Торвунд смотрел на меня с каким-то новым, непонятным выражением — смесь шока, уважения и, возможно, даже страха.

Победа. Полная и безоговорочная. Хотя и очень дорогой ценой для моих доспехов. Но сейчас это было неважно. Главное — мы выжили. И показали этим корпоративным ублюдкам, что с наследником Империи Архос шутки плохи.

Я стоял посреди зала, все еще ощущая фантомную связь с гигантским «Центурионом», который теперь был моим послушным орудием. Кхар’раш медленно подходили, их лица выражали смесь благоговения и почти суеверного страха. Торвунд, отбросив свой топор, просто смотрел на меня, качая своей огромной головой. Лиандриэль с трудом пробилась сквозь толпу великанов и подбежала ко мне, ее фиалковые глаза сияли.

«Лисандр, ты… ты это сделал! — выдохнула она. — Это было невероятно!»

Я хотел было ответить ей своей обычной саркастической шуткой, но слова застряли в горле. Внезапно мир качнулся. Резкая, острая боль пронзила голову, такая, будто в мозг вонзили раскаленный гвоздь. Интерфейс «Центуриона» перед глазами заплясал, подернулся помехами. Я почувствовал, как силы стремительно покидают меня. Экстренное подключение к роботу, полная разрядка доспехов и Протокола… это не прошло даром.

«Ч-черт…» — только и успел прохрипеть я, прежде чем тьма окончательно поглотила меня. Я рухнул на каменный пол, как подкошенный.

…Сознание вернулось не сразу. Оно всплывало из черной, вязкой пустоты медленно, неохотно. Боли не было. Было лишь странное ощущение легкости, невесомости. Я открыл глаза.

Я стоял в каком-то… пространстве. Не комната, не зал. Просто бесконечная, молочно-белая пустота, без стен, без потолка, без пола. И передо мной стоял он.

Мужчина. Высокий, статный, в простом, но элегантном одеянии темно-синего цвета с золотой вышивкой — гербом Архосов, драконом, сжимающим в когтях молнию. Его лицо… оно было до боли знакомо по тем обрывкам воспоминаний, что терзали меня с самого момента пробуждения в этом мире. Спокойное, немного усталое, с благородными чертами и пронзительными серо-стальными глазами, в которых сейчас светилась… нежность? И гордость?

Это был он. Император Кайзер Архос. Отец Лисандра.

«Сын мой…» — его голос был тихим, но властным, он отдавался эхом в этой странной пустоте. Он протянул руку, словно хотел коснуться моего плеча. — «Я так счастлив видеть тебя. Видеть, каким ты стал. Сильным. Решительным. Таким, каким я всегда мечтал тебя видеть».

На его лице появилась печальная улыбка. «Прости меня, Лисандр. Прости, что не верил в тебя так, как должен был. Что сомневался. Я был слишком слеп, слишком занят делами Империи, чтобы разглядеть в тебе ту искру, что горит сейчас так ярко».

Я смотрел на него, и внутри меня боролись два чувства. Часть меня, та, что была Вороновым, хотела рявкнуть: «Какой я тебе, к черту, сын⁈ Я — майор спецназа, Алексей Воронов! И я не понимаю, какого лешего я тут делаю в теле твоего наследника!». Но другая часть… та, что несла в себе осколки души Лисандра, чувствовала что-то другое. Боль. Обиду. И… любовь?

«Я не ваш сын, Ваше Величество, — наконец произнес я, стараясь, чтобы голос звучал твердо. — Я не Лисандр. Я другой человек, из другого мира. Скажите, как я здесь оказался? Что это за проклятая перезагрузка?»

Император смотрел на меня, и казалось, он не слышит моих слов. Его взгляд был устремлен куда-то сквозь меня, в глубину моей души.

«Ты всегда был особенным, мальчик мой, — продолжал он, словно ведя свой собственный, внутренний диалог. — Твоя мать видела это. А я… я был слишком горд. Слишком боялся. Боялся, что ты не справишься. Что не сможешь нести бремя Наследия Архос».

Он сделал шаг ко мне. «Но теперь я вижу. Ты готов. Ты тот, кто сможет возродить Империю. Тот, кто отомстит за нас всех».

«Да поймите же вы наконец! — я почти кричал, чувствуя, как отчаяние начинает захлестывать меня. — Я не он! Я не хочу возрождать вашу Империю! Я хочу домой! К своей дочери!»

И тут, в этой белой пустоте, я услышал другой голос. Тихий, дрожащий, но такой знакомый по тем самым воспоминаниям. Голос настоящего Лисандра.

«Папа… это я… я здесь… Прости меня… я не смог… я подвел тебя… но теперь… теперь я стану сильнее… Я больше тебя не подведу, папа… Я обещаю…»

Голос звучал где-то внутри меня, как эхо, как далекий шепот. И я понял. Душа Лисандра… она все еще была здесь. Где-то очень глубоко. Сломленная, испуганная, но живая.

Император улыбнулся еще шире, и в его глазах блеснули слезы. «Я знаю, сын. Я всегда знал. Теперь иди. И помни… ты не один».