Читаем Перельдар полностью

Особняк Элеоноры Маквел стоял в третьей линии застройки, если считать от королевского замка. То есть за стеной Высокомерия. Чтобы попасть туда путникам пришлось выдержать дотошный допрос начальника охраны, а мужчин еще и обыскали. Но и тогда их все равно не хотели впускать. Пришлось Иде признаться кто она такая. Из особняка Маквел срочно вызвали дворецкого, который знал племянницу госпожи в лицо. Когда, наконец, личность Иды была установлена и авторитетно подтверждена, слуга сопроводил молодую госпожу к тете. Оборотни пошли следом, их никто и не пытался задержать. Через четверть часа разношерстная компания прибыла в особняк баронессы. Вылощенный лакей провел гостей в маленький будуар, весь в позолоте и парче, который выходил на террасу над садом, представлявшим собой парк в миниатюре.

Едва за слугой закрылись двери, Ида буквально упала в кресло, прижимая к пылающим щекам холодные ладони. Откровенно любопытные взгляды солдатни, двусмысленные замечания их начальника повергли девушку в состояние крайней растерянности. А вот дружный хохот, раздавшийся за спинами визитёров и не позволивший им удалиться с достоинством, едва не переполнил чашу терпения ее спутников. Она видела, как побледнел Эрик, как дернулся Вейн. Но они не обернулись и, стиснув зубы, так что свело челюсти, продолжали идти вперед. Ида представить себе не могла, каких усилий стоило оборотням не повернуть назад и не разорвать наглецов в клочки. Но они сдержались ради нее. За что она была безмерно благодарна: вряд ли десяток безвременно почивших воинов (пусть и таких никудышных), облегчило бы ей жизнь.

Теперь вся троица разместились в очень изящной комнате. Мужчины рассредоточились. Вейн быстро обошел будуар, Эрик же вышел на террасу. Облокотившись на белые мраморные перила, увитые пламенеющей геранью, он задумчиво смотрел вниз, прикидывая возможные пути отступления. Все это оборотни проделали, скорее повинуясь привычке, нежели необходимости.

Ожидание затягивалось. Любящая тетка не спешила встретить свою горемычную родственницу. Наконец, дверь отворилась и вошла госпожа Маквел. Она была само воплощение гордости и тщеславия. Высокая и статная в свои сорок с хвостиком Элеонора сохранила грацию молодой женщины. Но на ее бледном красивом лице застыла гримаса отвращения ко всем и вся. Баронесса мало кого признавала за ровню, и с презрением относилась как к аристократам, так и к черни. Поэтому ее не любили ни те, ни другие. Но это не трогало холодное сердце, занятое лишь самолюбованием. На снисхождение и покровительство такой вот особы рассчитывала Ида!

При появлении тетки девушка вскочила. Сердце лихорадочно застучало, эхом отдаваясь где-то в затылке. Эрик и Вейн слегка поклонились, причем первый проделал это, не входя в комнату. Элеонора вскинула тонкую бровь и резким кивком указала мужчинам на дверь. Тратить время и слова она явно не собиралась. Так же как и отчитывать племянницу в присутствии незнакомых людей. Но оборотни стояли как столбы. По их иронично скривленным губам блуждала тень усмешки.

— Что сие означает? — прервала молчание госпожа, почти с ненавистью разглядывая гостей.

Больше всего на свете Элеонора ценила свой покой и, как это ни банально, устоявшийся распорядок дня. Теперь из-за какой-то своевольной девчонки размеренный уклад нарушен.

— Здравствуйте, тетя, — запоздало поздоровалась Ида, машинально присев в реверансе. Плевать на мужскую одежду…

— Что сие означает? — с расстановкой повторила хозяйка.

— Я хотела бы погостить у Вас какое-то время, — пробормотала девушка, к такому откровенно враждебному приему она оказалась не готова.

— Прикажи своим слугам выйти за дверь, — велела тетка.

Ида быстро взглянула на ребят, с одной стороны такое истолкование их присутствия здесь было явно на руку, потому что хоть немного сглаживало непристойность ее поведения в глазах родственницы; с другой — вряд ли оборотни согласятся играть подобную роль. Девушка ожидала какой-нибудь реплики от неподвижно застывших парней, но те молчали.

— Не могли бы вы оставить нас ненадолго, — попросила она мужчин, не слишком рассчитывая на успех.

Но Эрик кивнул и быстро покинул комнату, то же сделал и Вейн. Когда дверь за ними захлопнулась, Элеонора, наконец, отбросила всякую сдержанность и в гневе воскликнула:

— Что ты себе позволяешь мерзкая девчонка? Как ты посмела оскорбить такого человека, как граф? Этьен в ужасе, он был у меня неделю назад. Вот до чего дошел твой отец, он лично приехал просить меня о помощи! Меня! Хотя, не сомневаюсь, что это Изабелла подала ему дельную мысль. Моя драгоценная сестра сразу смекнула, что кроме меня тебе идти больше некуда. И если ты жива, то непременно явишься сюда. О, лучше бы ты умерла и избавила нас всех от необходимости просить прощения у его сиятельства. Знаешь ли, что сказал Ролби твоему отцу? Он потребовал возвратить все деньги, которые он заплатил…

— За меня, — подсказала ей Ида.

Тетка смутилась, даже ее несколько покоробила циничность зятя, но баронесса тут же справилась с собой и ринулась в бой.