Инспектор Луиза Блэкуэлл ругнулась на еле заметную дрожь в руке и сделала все как обычно: достала блокнот, записала сообщение, дату и время, а потом убрала блокнот и выключила телефон.

Глава третья

Луиза резко проснулась в шесть утра и потянулась за мобильным телефоном: вдруг он снова написал ей. Экран был пуст. Блэкуэлл ощутила легкое разочарование.

Через тридцать минут Луиза отправилась на работу. От коттеджа она двигалась по старой платной дороге вдоль побережья в сторону Кьюстока и въехала на набережную Уэстона с севера. Ей вдруг вспомнились давние семейные поездки, те чувства, которые возникали на одном из участков привычной дороги: чувство предвкушения, когда ее отец проезжал узкие повороты, и нервное возбуждение в сочетании со страхом, когда Луиза, сидя на заднем сиденье машины вместе с Полом, смотрела на отвесный край утеса. Родители тяжело приняли ее отъезд из Бристоля. Отец Луизы все еще не смирился с явной несправедливостью произошедшего. Каждый раз при встрече он предлагал подать в суд на полицейское управление. Дочь разделяла его огорчение, но должна была подождать. Она не забыла, что с ней случилось, и не простила виновных. До них Луиза еще доберется, но сейчас нужно жить своей жизнью и тем, что осталось от ее карьеры.

Солнце поднималось из-за черных туч, катившихся к горизонту. Луиза продвигалась мимо старинных фасадов отелей, полуразрушенного поля для гольфа и вдруг заметила грязно-коричневый пляж. Луиза Блэкуэлл могла сосчитать по пальцам одной руки, сколько раз наблюдала море во время прилива, словно оно всегда находится где-то вдалеке за слоями песка и грязи и шумным большим пирсом, возвышающимся над набережной. Мутный участок воды, постоянно удаляющийся от города.

Следуя по дороге с односторонним движением, Луиза ненадолго заехала вглубь материка, подальше от развлекательных заведений, кафе и баров, в это утреннее время темных и пустынных, как будто давно заброшенных, и потом снова вернулась на набережную. Она остановилась напротив «Калимеры» – греческого ресторанчика, который посещала почти каждый день. Единственное место, открытое с раннего утра. Каждый раз инспектора обслуживала одна и та же женщина, владелица ресторана. Эффектная дама лет сорока, с темными волосами, собранными в тугой высокий хвост, она никогда не вступала в разговор с Луизой. Владелица приняла заказ – Блэкуэлл пила только черный кофе – и молча поставила его на стойку.

Луиза взяла кофе, села у окна и посмотрела через дорогу на набережную. Эту привычку она приобрела едва ли не с первого дня работы в Уэстоне. До начала смены Блэкуэлл оставался еще час. Только сейчас она могла побыть одна. Маленький ресторанчик был тихой гаванью, а Луиза – часто единственным утренним посетителем. Одиночество давало ей возможность спланировать день, ведь потом следователь обязательно вовлекалась в офисную работу. Большая часть деятельности Блэкуэлл с момента приезда в Уэстон заключалась в руководстве группами по борьбе с наркотиками. Северный Сомерсет был одним из худших районов страны с точки зрения злоупотребления наркотиками, поэтому Луиза тратила много времени на небольшие группировки, проникшие в приморский город. В последнее время ее работа сосредотачивалась на притоке нового препарата, за последние два месяца виновного в смерти трех граждан этого маленького городка. В Уэстон-сьюпер-Маре находилась десятая часть всех центров реабилитации наркоманов в стране. Этот факт все еще поражал Луизу. Вместе с выздоравливающими наркоманами появились как цепочки спроса, так и цепочки поставок.

– Спасибо, – произнесла Луиза и положила деньги на прилавок. Никакой реакции не последовало. Луиза вышла из ресторана и через пять минут была уже на работе.

Здание полицейского управления представляло собой бело-серое строение рядом с ратушей, в нескольких минутах ходьбы от набережной. В следующем году здание должны закрыть, поэтому большинство сотрудников переехало в новый, специально построенный полицейский «центр» недалеко от коттеджа Луизы в Уорле. Блэкуэлл припарковалась и обменялась кивками с несколькими сотрудниками.

Она направилась в отдел уголовного розыска. Хотя Луиза Блэкуэлл и проработала в новой должности целых восемнадцать месяцев, но большинство людей все еще с опаской относилось к следователю и к ее прошлому. Разговоры затихали, когда она входила в офис, а сотрудники обменивались странными взглядами. Подобное сложно заметить, однако она отмечала такие нюансы. Луиза не беспокоилась из-за подобных мелочей и не спешила быть до конца принятой в коллектив. Впрочем, на этом месте работы ей сильно не хватало темпа. Она привыкла находиться в шумном офисе, где множество офицеров работали над многочисленными делами. Здесь же все двигалось немного медленнее. Войдя в отдел, она сразу почувствовала разницу между обычной атмосферой и сегодняшней. Офицеры и вспомогательный персонал, все вели себя гораздо оживленнее.

Офис-менеджер Симона остановила Луизу Блэкуэлл, не дав следователю даже подойти к своему столу.