Читаем Переход полностью

– У меня и женские вещи есть, – мрачно заметил мародер и подошел к одному из баулов в углу, который использовал вместо обрушенного в порыве гнева шкафа. Крякнув от натуги, он вытащил неподъемную сумку в центр комнаты и открыл молнию. – Можешь подобрать себе что-нибудь, только потеплее одевайся, здесь не бункер.

– С поверхности вещи? – поинтересовалась девушка. Присев на кровать, она принялась выкладывать на нее одежду.

– А с какой целью интересуешься? – вопросом на вопрос ответил Нельсон.

– С целью сохранения собственного здоровья, – в том ему ответила она. И не менее язвительно задала следующий вопрос: – Ты всем девушкам, которые сюда приходят, предлагаешь подобрать шмотки?

– Хватит. – Нель поднял руку, показывая, что ему надоел обмен колкостями. – Здесь не было ни одной девушки уже пять лет. Это вещи моей жены.

– А, ты же женат был. – Карина вытащила из баула кружевной бюстгальтер фиолетового цвета, приложила к своей груди и добавила: – В таком случае могу сказать, что вкус у нее так себе. Дай угадаю… Ушла от тебя к кому-нибудь, кто не способен разорвать человеку зубами горло?

– Тебя здесь никто не держит. – Голос Неля ничего не выражал, он становился таким, когда мужчина пытался скрыть что-нибудь от собеседника: гнев, раздражение или нечто вроде того. – Она умерла пять лет назад. От лейкемии.

Лицо девушки немедленно залилось краской, выражение его изменилось с издевательского на виноватое, видимо, на этот раз она поняла, что точно сболтнула лишнего.

– Прости, – шепнула она, отложив несчастный бюстгальтер. – Прости, ты же не рассказал тогда ничего толком, я думала, что она ушла просто…

– Нормально все, – мотнул головой Нель, прерывая поток извинений. – Я поговорить с тобой хотел. – На секунду он остановился, сглотнул слюну, набрал воздуха и выдал непривычно длинную речь: – Тебя здесь на самом деле никто не держит. Можешь идти на поверхность или к себе в бункер, серьезно. Думаю, информации ты набрала уже достаточно, хватит для получения внеочередного звания, или какая у вас там система… Но ладно, добавлю. Этот переход будут осаждать со дня на день эти же самые исламисты. Я бы, если честно, рекомендовал тебе уйти. Не твой это дом.

– Я остаюсь, – внимательно дослушав его, безапелляционно заявила Карина. – Я хочу драться вместе с вами.

– Точно? – Нель с сомнением посмотрел на девчонку. – Уговаривать тебя не стану, но это не твой дом. Не тебе его защищать, понимаешь?

– Точно, – заверила его девушка. Растерянность и стыд на удивление быстро слетели с нее. – Я остаюсь.

– Твое дело. В таком случае располагайся. – Мародер пожал плечами и посмотрел на зажатый в руке паяльник. – А у меня пока что дела. Захочешь есть – постучись к инвалиду. Накормит.

– Постой. – Девушка встала с места и сделала шаг вперед. – Ты из-за этого так ко мне относишься? Из-за смерти жены, да?

– Как отношусь?

Он прекрасно понимал, о чем она говорит, но не спросить не мог.

Нель понимал, что девушка что-то чувствует к нему, понимал, что сам чувствует что-то в ответ, но не мог разобраться в этих чувствах.

Он боялся, что все это останется лишь наваждением. А гарантировать, что это не так, ему не мог никто. К тому же мародер даже не знал, переживет ли следующий день, – о чем еще говорить?

– Нельсон, – обратилась Карина к нему и добавила, похоже, даже не собираясь отвечать на его вопрос: – Ты не думал попробовать почувствовать хоть что-нибудь? Вспомнить – каково это? Попробовать снова жить, а не выживать?

Несмотря на разницу в росте, в этот момент девушка умудрялась нависать над мужчиной.

Он вдохнул запах острого женского пота, кружащий голову, в которой в тот момент зародилась простая и понятная мысль.

Да пошло оно все.

– Знаешь, ты сказала, и я решил – почему нет? – Мародер ухмыльнулся и указал на кровать. – А еще – мне нравился тот лифчик.

Девушка развернулась, а через секунду за ее спиной хлопнула дверь: Нель предпочел уклониться от схватки и ретироваться.

* * *

Нельсон вошел в допросную, из которой буквально несло хлоркой и человеческими страданиями. За двадцать лет жизни в переходе на «Домостроителей» он попал сюда в первый раз. Ему повезло.

Разоблаченного диверсанта уже приготовили к допросу: стащили форменную одежду, оставив только белье, и привязали к стулу за руки и ноги.

Сколько человек уже прошло через эту комнату? Сколько раз рядовым приходилось отмывать свернувшуюся юшку с кафеля? Сколько секретов было выдано здесь?

Хоть он и был тут впервые, но ответ знал. Много, очень и очень много за последние двадцать лет. Полицейская система, несмотря ни на что, работала превосходно.

Мародер делал многое, видеть пришлось еще больше. Но лично допрашивать кого-то с методами третьей степени ему не приходилось.

Хотя казалось, что привык ко всему.

На небольшом подносе были разложены скальпели разных размеров, пинцет, сверток ватных тампонов и бутылочка нашатырного спирта. В стене была розетка, но включать в нее паяльник Нель не спешил.

А ведь совсем недавно он сам был точно так же распят на кресле. Правда, там методы допроса были более… высокотехнологичными, что ли… Но не сработали.