Читаем Перейти грань полностью

— Что мне из того? — спросила она. — Что из того Мэгги?

— Эта история важнее судьбы пары человек.

— В твоем мире — возможно. Но только не в том, где живу я.

— Послушай, — настаивал он, — это же хороший способ, чтобы все уладить.

— Мне не нужен твой совет, как все уладить.

— Ты говоришь так, словно это не мое дело.

— Это действительно не твое дело, — сказала она. — Оно совершенно не касается тебя. Не тебе предстоит пройти через все это.

Он стоял в дверях открытого балкона и стряхивал пот с бровей.

— Я здесь ради вас.

Она отмахнулась от его слов и отвернулась, чтобы не видеть его.

— Ты не права, — мягко настаивал он. — Ты будешь жалеть всю свою жизнь, если мы не закончим его.

Ее ясные глаза были обращены куда-то в серое небо.

— Я несу ответственность за свою дочь. Сейчас я обязана защитить ее.

— Ты не обязана прятать концы. Ты не обязана врать.

— Все это из-за меня, — проговорила Энн. — Я виновна во всем. Я лишила ее отца, позволив ему отправиться в плавание.

— Энн, но это же полная бессмыслица.

— Он был надломленным человеком. Я склонила его к этому проклятому героизму, вместо того чтобы помочь ему справиться с собой. Я разыграла этот спектакль.

Стрикланд возвел глаза к небу.

— Думаю, что это Бог покарал меня, — продолжала она.

— Ты кто? Какая-нибудь забитая провинциалка? Надо держаться независимо.

— Я не могу вернуть ей отца. Но я могу не допустить, чтобы он стал презренной фигурой в глазах всего мира.

— Это заблуждение, — убеждал ее Стрикланд. — Мир и так все узнает. Тебе известно об этом так же хорошо, как и мне. — Он грустно улыбнулся. — Я хочу сказать, что это слишком хорошая история, чтобы ее скрывать. Подобные вещи всегда всплывают.

— Я знаю, на что эта история станет похожа в твоих руках.

— Ты говоришь так, словно я тебе враг.

— Ты враг ему. И не говори, что это не так.

— В некотором отношении, да. В том, что касается тебя. — Стрикланд отступил назад и сложил руки, словно удивляясь своим словам. — Что правда, то правда.

— Ты потешался над ним. Ты подстрекал его, чтобы он разобрался со своими мечтаниями.

— Я говорил ему, чтобы он не ходил, — оправдывался Стрикланд. Он неожиданно вспомнил это. — Ручаюсь, что ты не сделала ничего подобного.

— Говорил?

— Да. На яхте, когда она уже стояла в порту, у Саут-стрит. У меня было предчувствие.

— Ну что же, ты оказался прав. — Перед глазами у нее всплыла кошмарная ночь накануне отплытия Оуэна. Он бы не пошел, стоило ей только попросить об этом. «Ты не сделала даже этого».

Какое-то время они стояли молча.

— Извини.

— Не беспокойся. Все в порядке, — заверила она. — Я знаю, каким ты можешь быть жестоким. Вот почему я не могу позволить тебе продолжать.

— Полагаю, я должен вынести из этого разговора, что между нами все кончено?

Она отвела глаза.

— Жаль, что приходится слышать подобное. Но такова жизнь, да? — Его взгляд был устремлен поверх жестяных крыш, к реке с манговыми деревьями по берегам. — Так что я не буду говорить о том, что ты могла бы получить в нашей с тобой жизни. — Он подошел к ней и молитвенно сложил руки. — Позволь мне объяснить тебе кое-что, Энн. Тебе, наверное, кажется, что имя Оуэна будет покрыто позором. Ты, наверное, думаешь, что мир будет вспоминать о нем с презрением, а мой фильм еще подольет масла в огонь. — Он покачал головой и продемонстрировал свою бесцветную улыбку. — Но ты глубоко заблуждаешься, если думаешь так. Как ты не можешь понять? То, что сделал он, делает каждый, всю свою жизнь.

Она устремила взгляд в потолок и сложила руки на груди.

— Нет, я не могу понять, Рон. До меня не доходит смысл твоих слов. Как не доходил никогда.

— Все блефуют, Энн. Все симулируют. Тут нет сомнений. Все мы стремимся к недостижимому. Поверь мне, я снимал вдохновителей и вершителей всю свою жизнь. Так или иначе, все они мошенники. Это непременное условие, — с трудом выговорил он.

Ее взгляд заронил в нем надежду.

— По-своему он настоящий герой, Энн. Не из числа дутых победителей, а обычный человек. Он свел свои жизненные проблемы к простой схеме — небо, океан. Ради всего святого, понимаешь ли ты это?

— Это была бы обычная ложь! — выкрикнула она. — Ему просто пришлось бы сказать нам неправду.

— Я чувствую, что ты ошибаешься, — продолжал Стрикланд. — Думаю, что он рассказал бы вам все.

— Я бы не поверила ему, — проговорила она. — Не поверила.

— Моя дорогая Энн. Конечно, ты бы поверила. И простила бы его.

— Неужели ты и в самом деле теперь такого высокого мнения о нем? — спросила она отчужденно. — Раньше было иначе.

— Теперь мне не надо бояться, что ты вернешься к нему, — сказал Стрикланд, — поэтому я о нем такого высокого мнения.

Кусая губу, она отвела взгляд. Стрикланд сел на кровать и смотрел на нее.