Читаем Перейти грань полностью

В пасмурном небе показалось солнце, но не успел он достать секстант, как его вновь закрыли тучи. У южной оконечности острова морскую поверхность будоражила беспокойная рябь, поднимавшаяся как бы наперекор ветру. Разглядывая в то утро берег, он заметил необычный проблеск, показавшийся ему проходом в вулканической стене, и сразу начал продвигаться к берегу.

Браун был доволен стоянкой. Теперь он оценивающе вглядывался в далекий горизонт, хотя смотреть там особенно было не на что. В любой момент ветер мог перемениться и задуть в полную силу. И перед этим не будет ни предупреждающего бриза, ни падения давления.

Он достал из багажа свою надувную лодку «зодиак», накачал ее, прикрепил подвесной мотор и привязал лодку к кормовому трапу. В качестве экипировки для своей пробной вылазки он избрал маску ныряльщика, свайку и древний ручной лот с кожаными метками глубины, который был привезен кем-то из предков Энн с Ньюфаундленда.

Непривычно было, покинув яхту, видеть ее покачивающейся на ненадежной якорной стоянке. Ее скверно сработанный остов и потрепанная оснастка не вызывали в нем никакого сожаления. Он был рад, что покинул ее. Освободился.

Оуэн шел зигзагами, проверяя, нет ли рифов. То и дело его ручной эхолот уходил в воду и каждый раз оставался туго натянутым, не доставая дна. С острова налетали беспорядочные порывы ветра удивительной силы, разворачивавшие нос «зодиака» и обдававшие его ледяными брызгами. Наконец он вполне отчетливо разглядел проход в скале. За следующим поворотом на скалах распластались два морских льва. Они с удивлением смотрели на него. Словно миниатюрные дельфины, мимо прошмыгнули несколько пингвинов. Навстречу к нему летели хищные черные чайки. Отовсюду на него были устремлены глаза. Когда он подошел ближе к берегу, морские львы нехотя скользнули в воду.

На уровне моря проход в стене имел в ширину около сорока футов. Вода в нем хотя и изобиловала водорослями, была необыкновенно прозрачной, и Брауну с первого взгляда стало ясно, что глубина здесь достаточная для прохода яхты. Ниже поверхности воды проход, похоже, становился шире, словно это была пещера в лаве или подводный тоннель, крышу которого либо разрушило море, либо снес человек. В любом случае он устраивал его. Подвесной мотор взревел, и лодка вошла в обнаруженную им бухту.

Это, несомненно, была лагуна. Вокруг нее тянулся приглаженный кряж, над которым явно потрудилось время. Над ней, перекрывая крики поморников и завывание подвесного мотора, стояла оглушающая тишина. На гребне кряжа лежал снег, а ниже темнела буйная растительность. Окружающие вершины гор отбрасывали глубокие и холодные тени.

Он не сдержался и крикнул. Звук собственного голоса удивил его, но, когда он вернулся к нему эхом, Браун на мгновение ощутил себя хозяином этого места. Поднялся ветер, и его отголоски тоже зазвучали в кратере, словно какая-то невообразимая симфония скал.

Вернувшись на «Нону», Браун решил войти в залив под парусом, хотя ветер дул неблагоприятный. Можно было также отбуксировать яхту с помощью его надувной лодки, воспользовавшись приливом. Но, представив себе весь этот процесс, он почувствовал, что у него не хватит терпения. Он поднял якорь и поставил малый кливер, оставив надувную лодку болтаться на привязи за кормой.

— Вот так, леди, — обратился он к яхте и подумал, что «леди» было бы самым подходящим названием для нее. Его следует произносить на нью-йоркский манер, с завуалированным, но в то же время очевидным презрением. «По причине, известной одному мне, я переименую ее в книге и фильме», — думал он, когда порывы ветра с острова трепали парус яхты, а её стены давили на него, словно тюремные.