Читаем Переиграть время полностью

— Наш век тоже не идеален, Рудольф. Где-то продолжают нападать. Где-то гибнут люди в угоду другим. Но таких войн, как в 1945 — нет.

Мысленно добавляю "пока что".

Онезорг чуть наклоняет голову, словно просчитывая что-то, а потом резко шагает ко мне.

— И как работает этот… вещь?

Это означает «да». И глаза отчего-то слезятся — от ветра, верно — когда я беру его за напрягшийся локоть, принимая в радиус действия временного переместителя. Хочется петь и плакать от чего-то большого, заполняющего всю душу целиком до отказа. Хочется коснуться ладонью знакомого лица, ободрить, поддержать.

— Не волнуйся. Это не больно.

Бережное пожатие ладони. Ты же рядом.

Кивнув самой себе, нажимаю на кнопку.

Пока мир погружён в темноту, успеваю передумать целых три вещи. Первое — что подобного безрассудства в своей полной нелепостей жизни я ещё не совершала. Второе — что Онезорг ни капельки, ну просто совершенно не готов в нашему 21 веку, и это означает большие проблемы на мою голову. И третье — что меня сейчас медленно и мучительно убьёт Рудов.

Воздух привычно пахнет выхлопными газами.

Дома.

К действительности возвращает запищавший мобильный. Машинально отметив знакомый номер и мысленно перекрестившись, поднимаю трубку.

— Приборы зафиксировали двойное перемещение, — вместо приветствия сообщает Рудов. В его голосе отчётливо слышны нотки неподдельного ужаса. — Ольга, скажи мне немедленно, что это не то, про что я подумал!..

Встречаюсь взглядом со сморщившим нос Онезоргом. Улыбаюсь.

— Именно, профессор. Именно.

В кои-то веки я всё сделала правильно.