Читаем Передайте в Центр полностью

Он вынул из кармана ножницы и пузырек с чернилами.

«Расправляясь» с платьями, майор на секунду представил, что это гардероб его тещи. Он мстительно улыбнулся и вытряс из пузырька все чернила до последней капли на ворох платьев. Потом в ход снова пошли ножницы.

«Нужно сказать ребятам, чтобы они показали фото Фила Андерсена уборщице, – думал майор. – Когда Джоан устроит скандал, уборщица должна подтвердить, что в ее номере был ее дружок. А потом нужно сделать так, чтобы об этом узнал дурачок-Мишка. Вы, голубки, у меня драться не перестанете!»

Дорога от московского управления ФСБ до аэропорта, перелет в Штетин и путь до гостиницы заняли шесть часов. Елена Васильевна без умолка болтала по-немецки. Изредка она задавала Гале вопросы и внимательно слушая ее ответы, пытаясь найти признаки акцента.

– Нет, все нормально, Галочка. Но не говори много, а если говоришь, то делай это тихо, словно у тебя болит горло.

– Да, фрау Лакруа.

Елена Васильевна бегло осмотрела гостиничный номер в «Савойе» и потянула Галю на улицу.

– Там институт Тиммана… – она показывала рукой налево. – Там ресторанчик (взмах направо) в котором есть выход на задний дворик и соседнюю улицу. Но официанту – такому рыжему с большими ушами (запомни, Галочка, его зовут Фридрих) – нужно дать двадцать евро. Чуть дальше, за рестораном прачечная и автомастерская. Если возникнут какие-нибудь проблемы, подойдешь к механику Отто Густу (автомастерская рядом с рестораном) и спросишь, как пройти на улицу Моцарта. Отзыв: прямо и направо. Все поняла?

– Да, фрау Лакруа.

Галя растеряно улыбнулась. Женщины вернулись в гостиничный номер.

Елена Васильевна взглянула на часы.

– Боже мой, уже пол-второго! – воскликнула она. – А у меня еще масса дел. Пожалуйста, не провожай меня, – Елена Васильевна поцеловала Галю в щеку. – Удачи тебе!.. И запомни, телефон для связи у тебя в карманчике желтой куртки. Когда позвонит номер с окончанием на «…019», обязательно включи дешифратор. Кстати, как?..

– Дважды нажать кнопку со «звездочкой», – довольно уверенно сказала Галя.

– Правильно, умница! Ну, я побежала… – Елена Васильевна подошла к двери и остановилась. – Ой, чуть не забыла про документы.

Она достала из сумочки два паспорта.

– Галочка, солнышко мое, прости, пожалуйста! – она протянула паспорта Гале. – Меня в Париже и Москве ждут, а я так не люблю опаздывать. Запомни, один паспорт на русскую туристку Галину Медведеву. Это на тот случай, если все пойдет слишком сложно для тебя… Но в гостинице ты записана как Анна Фрейд. Паспорт Фрейд настоящий, его владелица сейчас спасает кенгуру в Австралии от озверевших фермеров. Биография Фрейд на листочке между пятой и шестой страницей. Прочитай обязательно!.. Поняла?

Галя кивнула. Елена Васильевна еще раз поцеловала Галю в щеку.

– Ну, пока!.. И главное, действуй по обстановке.

Галя закрыла дверь и медленно пошла в комнату. По пути она рассматривала оба паспорта… Потом вынула и развернула листок с биографией Анны Фрейд, села в кресло и погрузилась в чтение.

– Ой, я не опоздала?! – Елена Васильевна как ураган ворвалась в кабинет генерала Кошкина.

Сам хозяин в это время неторопливо бродил из угла в угол, покуривая трубку.

– Куда не опоздала? – спросил Кошкин.

Елена Васильевна замерла и взглянула на капитана Решетникова. Тот сидел, уставившись на шахматную доску на столике. Решетников сделал ход и довольно иронично посмотрел на Кошкина.

– Ваш ход, Николай Александрович.

– Конь эф пять было бы лучше, – мельком взглянув на доску, быстро ответил генерал. – Мой ход – король аш восемь.

Елена Васильевна подошла к столику.

– Лена, не подсказывай! – строго сказал Кошкин.

Женщина пожала плечами.

– Я и играть-то не умею…

Елена Васильевна села в кресло рядом со столом генерала Кошкина и достала откуда-то из-за его спинки узелок с вязанием.

– Ферзь а три! – тихо подсказала она Решетникову.

– А если он возьмет коня? – спросил тот.

– Не возьмет, – сказал генерал Кошкин.

– Гроссмейстеры! – возмутился Решетников.

Решетников думал, нависнув над доской. Генерал Кошкин остановился на своем излюбленном месте – у окна. Его трубка пыхнула дымом.

– В общем, так, друзья мои, все завтра! – сказал генерал Кошкин. – Мы действуем по обстановке, но она только созревает.

– Если бы знала, я бы так не спешила, – сказала Елена Васильевна.

– Завтра, так завтра… – сказал Решетников. – Но коня Решетникова я съем сегодня. Тебе мат в четыре хода, капитан.

Утром, ровно в восемь часов, Михаил Голубев пришел в кабинет генерала Кошкина. Охранник у входа не спросил у Мишки пропуск, а только улыбнулся, молча козырнул и показал глазами на широкую лестницу ведущую вверх.

«Еще хорошо, что не в подвал приглашают», – подумал Мишка.

Он поднялся по лестнице и без труда нашел нужную дверь.

– Садитесь, пожалуйста, Михаил Егорович, – Кошкин кивнул на кресло.

– Спасибо…

Мишка кусал губы и рассматривал свои, чуть подрагивающие, руки. Минуту он собирался с силами, а потом тихо сказал:

– Я, это самое… Я признаваться пришел.

– И правильно сделали, Михаил Егорович, – мягко сказал генерал Кошкин.

– Во всем признаться… – повторил Мишка.