Читаем Передай мне соус полностью

— Все было как-то уж слишком кстати. Вся эта коллизия с Эмосом Гейджем, который должен был получить наследство по достижении определенного возраста и на определенных условиях. Потом он внезапно оказался вовлеченным в дело об убийстве, которое было так быстро раскрыто, и тут же убийца был найден; и теперь дело быстро пытаются закрыть. Потом тот факт, что миссис Бакли пришла к нам с просьбой разыскать ее исчезнувшего мужа и сразу после нее пришла Сандра Иден…

— Почему, ты думаешь?

— Видимо, она знала, что Дафни Бакли была здесь и говорила с вами.

— Как она могла об этом узнать?

— На это может быть несколько ответов. Помнишь, Сандра пришла сюда сразу после прихода Дафни? Сразу после нее, помнишь это? Не до, а после — сразу после нее?

— Дональд Лэм, вы хотите заявить, что эта маленькая кривоногая незаконнорожденная… мой Бог, Дональд, ты прав! Эта мерзавка, она сидела здесь и глотала душившие ее слезы… черт, да ей было абсолютно наплевать, найдем мы ее дядюшку или нет. Все, что ей требовалось, — это вывести на сцену Эмоса так, чтобы мы напали на его след, разыскивая машину Малкольма Бакли. Они хотели, чтобы «роадрейсер» был найден, и Эмос Гейдж не мог не сыграть им на руку, что бы они ни делали!

— Да, ты права. Единственно, что они не смогли заранее предусмотреть, это его потерю памяти, но, как оказалось, это тоже сыграло им на пользу.

— Дональд, что ты собираешься теперь делать?

— Ничего. Это ведь твоя версия. Я задавал тебе вопросы. Ты придумывала ответы.

Берта воззрилась на меня.

— Это ты навел меня на мысль, ну а теперь я вижу все, что случилось, в целом. Ах ты, двуличная дрянь!

— Лучше с этим подождать, Берта.

— Чего нам ждать?

— Подождать встречи с попечителем, Джеромом Л.

Кемпбеллом. Я пытаюсь тебе объяснить, что кто-то решил свалить убийство на Эмоса Гейджа. И это происходит именно в то время, когда решается судьба семисот пятидесяти тысяч долларов.

— Попечитель! Что, черт возьми, он

Ее прервал телефонный звонок. Берта сняла трубку, сказала «Алло!» и передала ее мне.

— Кто звонит?

— Из другого города.

Я сразу догадался, кто звонит. Действительно, в трубке раздался голос помощника шерифа Харви Кловера:

— Лэм, мне очень не хотелось бы вас огорчать, но появились новые обстоятельства в деле Гейджа.

— Я очень заинтересован узнать о них.

— Да, это вам будет интересно. Эмос Гейдж рассказал обо всем, что случилось.

— Что же он рассказал?

— Что вы обнаружили его в отеле Рино, что выслушали всю его историю и не связались с властями, что вы, узнав от него, где он потерял сознание, поехали на место преступления и нашли тело. Он рассказал, что вы советовали ему сидеть тихо в Рино, чтобы оттянуть время до момента, когда ему исполнится тридцать пять лет, что он собирался следовать вашему совету, но очень испугался и решил избавиться от всех вещей Бакли.

Потом, закопав их в Неваде, решил убраться подальше из этого штата.

— Это очень интересно — то, что вы говорите!

— Это намного сложнее, чем просто интересно, — сказал Кловер. — Нам все это очень не нравится, Лэм, и ставит вас в положение человека, скрывающего известную вам важную улику в деле об убийстве. Практически вы оказываетесь соучастником, Лэм.

— И что же вы хотите от меня?

— Мы хотим заполучить вас, Лэм. Я сунул свою голову в петлю: я уговорил окружного прокурора не выносить дело на большое жюри, пока он не побеседует с вами.

— Вы что-нибудь сообщили прессе?

— Пока нет.

— Вы лично хотите меня видеть?

— Да. Вопрос в том, приедете ли вы сами или за вами послать?

— Я выезжаю, — сказал я и повесил трубку.

— Дональд, — заволновалась Берта, — в этом ничего нет такого?

— В чем?

— В том, что ты вступишь в контакт с Эмосом Гейджем?

— Почему бы и нет, ведь нам поручено найти Эмоса Гейджа?

— Как это — найти?

— Сандра Иден хотела найти своего дядюшку Эмоса. Ее мать, Элеонор, хотела знать, где Эмос, но у них не было денег, чтобы нанять детектива через агентство.

— И ты за моей спиной попал в ловушку?

— Да не попал я ни в какую ловушку! Это нам даже выгодно. Поверь, Берта!

— В каком смысле?

— Мы одновременно выполняли две работы. Одна — найти Малкольма Бакли, другая — найти Эмоса Гейджа. Я прикрывал своего клиента, поэтому не мог рассказать, где скрывается Гейдж, пока не доложил своему клиенту. Конечно, то, что я нашел труп, меняло дело.

Я должен был заявить об этом властям, но я совсем не обязан был говорить им все. Например, как я узнал, где находилось тело.

— Наш клиент! Эта тощая мерзавка, которая, насмотревшись передач по телевизору, вместе со своей матерью планировала убийство, чтобы потом получить все деньги!..

— Возможно, что и так, но вы пока еще этого не знаете. Это не доказано.

— Черт, я не знаю, но это ты продал мне свою версию.

— Продать бы мне еще ее окружному прокурору, тогда бы мы с ним договорились.

С этими словами я взял свою шляпу и вышел, оставив в одиночестве онемевшую Берту.

Если ехать с большой скоростью, можно добраться до Бейкерсфильда за два часа и двадцать пять минут.

Я потратил на дорогу всего два часа. Харви Кловер встретил меня суровым взглядом и поджатыми губами.