Читаем Передает «Боевой» полностью

Эмил сидел задумавшись перед тарелкой с пирожными в кондитерской и медленно переводил взгляд от бара, где судомойка звенела бокалами, до посетителей, устроившихся у витрины. Никто из них не привлек его внимания: глаза уже научились распознавать полицейских агентов. Яростно прививаемая им ненависть к людям, а также подозрительность откладывали свой отпечаток на выражении их лиц. Здесь же сидели безобидные людишки. Они пришли сюда, чтобы хоть на время оторваться от своих забот. Изысканно одетый господин в очках остановился у стеклянной двери. По его изучающему взгляду, по спокойным жестам Эмил узнал в нем человека, которого ждал. Склонив голову на левое плечо, посмотрел ему в глаза. Человек в очках подсел к нему и улыбнулся:

— Какая плохая погода!

Эмил кивнул и заметил:

— Да, туман, прямо какой-то пар плывет…

— «Боевой», дорогой Эмил.

— Привет, товарищ.

— Александр Пеев, товарищ…

Официант склонился перед новым посетителем:

— Прошу, господин доктор!

Пеев показал на витрину бара и проговорил:

— Вы же знаете, я целиком и полностью полагаюсь на ваш вкус, особенно когда пирожные свежие… — и, проследив за удаляющимся официантом, тихо добавил: — На всякий случай… вы хотите получить от меня как от юриста сведения о законных возможностях содержать частную мастерскую по ремонту радиоприемников… На тот случай, если будете копировать схемы, запатентованные фирмами… как не платить за патент…

Эмил покраснел.

— Но ведь враги ничего не знают о нас. Это наша первая встреча. К тому же мы еще ничего собой не представляем… Нас только двое, мы едва знакомы.

Доктору понравилось это внезапное проявление чувств, эта решительность. Пытаясь объяснить чувства этого парня, доктор представил себе бедность семьи учителя… Смерть дважды останавливалась у порога их дома. Однако… Нет, невозможно даже допустить мысль о легкомыслии: ведь советский разведчик упомянул, что Эмил уже проделал большую работу в пользу советской военной разведки.

— Послушай, я подсел к тебе не из любви к продажным дворцовым подонкам Болгарии. Мне важно все, дорогой Эмил, поскольку воевать я собираюсь не день и не два.

Эмил огляделся по сторонам.

— Что касается мер предосторожности… я должен…

— Можно ли сказать, что это и есть необходимость номер один? Полагаю, наши не обрадовались бы, если бы мы начали, как герой Бронислава Нушича… с визитной карточки…

Официант поставил перед ними тарелки. Пеев, строго посмотрев на радиста, произнес:

— Простите, ваше имя, господин… — и, услышав в ответ от Эмила первое пришедшее ему на ум имя, обратился к официанту: — Дорогой, для господина Енева кружку бозы, я забыл заказать. За мой счет. Он мой клиент.

Официант удалился.

— Ну, о мерах предосторожности хватит. Теперь поговорим о следующих встречах…

В ожидании, пока принесут бозу, доктор стал рассказывать, сколько берут за обслуживание в кассационном суде, но, как только заметил, что поблизости никого нет, перечислил пароли и места явок.

Они расстались. Эмил, насвистывая, пошел по тенистой стороне улицы. Дорогой думал о состоявшейся встрече, о своем новом товарище.

Неожиданно впереди него шагах в десяти появился знакомый агент полиции, клиент его мастерской. И хотя это было явной случайностью, Эмил насторожился.

Агент по привычке подождал, пока идущий сзади поравнялся с ним, и только тогда посмотрел, кто это. Улыбнувшись во весь рот, проговорил:

— Здравствуй! Вот не ожидал встретить тебя здесь!

— Здравствуйте!

— Чего это ты слоняешься по городу?

— Надули меня. Приятель послал меня к театру «Ренессанс» и сказал, что в магазине «Камертон» появились части для «Филиппса»… Я пошел, а «Камертон» оказался закрыт.

Агент думал о чем-то своем. Потом пристально посмотрел на Эмиля и сказал:

— Послушай, мил человек, знаешь, какие деньги можно заколачивать, имея такие золотые руки? Жаль, плоха у тебя закваска, не за ту работу берешься…

Эмил решил отделаться от него:

— А закон о спекуляции? Нет… благодарю, мне хватает. После войны заработаем больше.

Агент насупился и замолчал. Эмил, ошарашенный этой встречей, кивнул ему на прощание и ускорил шаг.

Александр Пеев прохаживался по улице Витоши, по Клементине. Он хотел пересечь сад перед дворцом, но дорога вывела его по улице Леге на улицу графа Игнатьева. Он петлял безо всякой надобности. «Мы оба должны быть осторожны…» — размышлял Пеев.

Дорогой он вспомнил об Эмиле. Этот парень выдержит любые пытки. Доктор почувствовал, что умиляется при одной мысли о нем и что даже лучше понимает теперь и себя, и свое решение.

В конце марта сорок первого года состоялась еще одна, последняя, встреча советского разведчика с Пеевым. Один товарищ встретил доктора на площади Святой Недели. Они обменялись паролем и пошли по улице Витоши.