Читаем Передает «Боевой» полностью

Передает «Боевой»

«Милое дитя мое, твой отец ставит свое отцовское чувство после долга. Но никогда не сердись на него и не сожалей об этом, потому что есть нечто великое в жизни, отданной за других!»

Иван Владков писал:

«Милые мои Маруся и Румянчо!

Скоро враг позовет нас на суд. Знаю, что, может быть, скоро паду в борьбе против подлого болгарского империализма, против предательства буржуазии. Вся моя жизнь украшена борьбой за социализм, борьбой за свержение эксплуатации. Не тужите! Знайте, что я пал в этой великой борьбе против подлого фашизма, который уничтожил свободу, культуру, сделал нас бесправными рабами.

Я люблю свободу, мирный труд, люблю и вас обоих. Прошу тебя, дорогая моя Маруся, сохрани нашего дорогого ребенка, чтобы он вырос борцом, которым будет гордиться освобожденная социалистическая Болгария, как она будет гордиться тобою и мною, павшим в борьбе.

Знаю, уверен, что ты будешь заботиться о нем. Трудно растить ребенка без отца. Победа близка, и это должно поддерживать тебя. Милая моя, сделай так, чтобы ребенок стал настоящим борцом. Когда он вырастет, расскажи ему о смерти его отца и дяди.

Скорблю о вас. Но скорбь моя переходит в гордость: я умираю как честный человек.

Свобода и социализм близки. И если я сожалею о чем-нибудь, то только о том, что не увижу Болгарию свободной. Умираю спокойно, потому что знаю, что светлый день не за горами. Враг спешит…»

Иван писал своим товарищам 19 ноября:

«Сильнее ненавидьте врага! Палачей расстреляйте!»

Он писал Румену:

«Дорогой сыночек, люби родину! Родина должна быть дорога тебе, как и моя любовь к тебе. Родина у человека одна!»

В «Дневнике осужденного на смерть» 21 ноября Иван писал:

«…Мысленно возвращаюсь к своему детству. Беднота! Переехали на новую квартиру. Старую лачугу бросили. Четверо детей, ухватившись руками за багаж, ехали на «новую квартиру», — такую же непригодную для жилья.

Родина для меня — это мой родной город Дряново. Вокруг него холмы. Я не слышал шума моря. Не был в старых Балканах, в красивой Розовой долине, не слышал шепота Дуная. У меня были свои любимые места в родном городе. Я уходил туда в моменты радости или горя. Нет ничего дороже родины!

Помню, мне говорили, что на том месте, где поднялся большой дом, стоял приземистый домишко, я родился там. Каждый камень, каждое дерево напоминает о многом. Очень дорогом.

Люблю родной город, хотя не имел ничего своего. Люблю его, потому что он мой, болгарский.

Родину люблю больше жизни.

Снаружи гремят ключи. Надзиратель смотрит на меня жалостливо, сочувственно. Не означает ли это, что утром нас поведут на расстрел?»

Они не разбудили их ни ночью, ни на рассвете.

Перейти на страницу: