Читаем Перебежчик полностью

Колоб рассчитывал, что экскаваторщик, закончив работу, выйдет из раскаленной кабины в тень, на северную сторону, где его сможет снять снайпер. Туда же подойдет пулеметчик с вышки. Несколько выстрелов должны потеряться за гулом далекой канонады и шумом движков каравана. Наверняка поедет не один грузовик.

Так и получились. Почти. Три мишени вместо двух. Залп, сразу второй выстрел снайпера — падают трое, хотя один вроде бы упал как живой. Теперь надо взять его живым и не дать добраться до рации в кабине экскаватора. Снайпер сделал несколько выстрелов по кабине, значит, раненый уже сообразил про рацию. Короткими перебежками двинулась группа захвата. Студент и поляки с одолженными у арабов автоматами. Все трое когда-то служили в армии и знали, как передвигаться под огнем.

Арестанты, а выжили все-таки двое, сначала пытались подавить снайпера, потом заметили «группу захвата» и открыли огонь метров с двухсот, укрывшись за гусеницами. По звуку — АК короткими очередями. Берберы с винтовками объехали их с флангов и обстреляли, укрывшись за верблюдами. В одного точно попали.

— Сдавайся! — крикнул Юзеф по-французски, — Свои, арестанты!

Стрелок выругался по-итальянски.

— Парле ву, сука, франсе, или нет, блин? — крикнул Студент, — Сейчас гранату брошу!

— По-русски говорю! — крикнули в ответ.

На том и остановились. Беглецы и арабы подошли к экскаватору. Первого противника снайпер застрелил сразу. Второго в перестрелке два раза серьезно ранили, и без санчасти он все равно не жилец. Третий оказался легкораненым молодым итальянцем, неплохо говорящим по-русски. Неаполитанец из низов сложившейся в банде иерархии. Сидел за угоны грузовиков. Попал сюда за активное участие в бунте в обычной тюрьме.

Со стороны ремзоны послышалась стрельба.

— Что это? — спросил Колоб.

— Короткие спички, — ответил итальянец, — Машин не хватит, решили тянуть жребий.

— Чего? Там двадцать самосвалов. Солярки полно.

— Бочек нет.

Сюрприз. И правда, откуда тут много лишних бочек, если солярку возят цистернами? Собрать все пустые канистры, но это немного.

— Срезают баки с других машин. Бак четыреста литров. Его надо слить. Потом снять и загерметизировать. Заварить нельзя. Наполнить, проверить герметичность. Если течет — слить и переделать.

— Беда.

— Первый отряд — три машины. Одна наша, две французов. Дальше можно собрать четыре или пять, но время поджимает. В офисе радио с военной волной, армия уже отходит в город, а эти перерезали шоссе Арлит-Агадес и скоро будут у нас.

— Знаешь, сколько стоит Белаз? — спросил Колоб.

— Он кому-то тут нужен? — удивился итальянец.

— Всем нужен, — Колоб пересказал только что придуманные для берберов аргументы, — Я думаю, что три таких стоят больше, чем один.

— Не понял.

— Поговоришь со своими. Едут три машины. Что ваше, то ваше, а у лягушатников две отберем и поделим поровну. Или как хотите, но их в два раза больше, и они у вас тачку отожмут не по пути, так в первом же оазисе.

— Как я поговорю?

— Рация на экскаваторе. Я знаю, что эфир общий. Зуб даю, у вас своя феня, которую они не разберут.

Первым шел самосвал с французами. Специально для него в эфир крикнули, что дыру в периметре надо проскакивать на скорости. Стоило ожидать, что первыми побегут самые авторитетные пассажиры с самым лучшим водителем. Они даже смонтировали поворотный прожектор на поручнях над правым передним колесом и как-то прикрепили несколько сидений на «палубе» рядом с одноместной кабиной водителя. Скорее всего, и в кузове приварили какие-нибудь места для пассажиров. По центру над двигателем красовался снятый с одной из вышек пулемет на поворотном станке, подогнанном для лежачего стрелка. Еще один станок кругового вращения стоял на козырьке кузова. Вряд ли кто-то попал бы из них на ходу, но в пустыне с высоты кабины видно достаточно далеко, чтобы остановиться и прицелиться как следует хоть с километра.

Фары экскаватора освещали проезд. Француз ловко перевалил грузовик через обваловку. Не уперся и забуксовал. Не вылетел как с трамплина, разбрасывая непристегнутых пассажиров. Молодец. И сразу отъехал подальше, чтобы в него не влетел следующий самосвал.

Второй попытался повторить и заглох. Скатился назад. Какой роскошный подарок абордажникам. Пассажиры слезают! Нет, не для того, чтобы облегчить машину. Для того, чтобы не улететь при возможном прыжке.

Белаз выбросил из трубы столб дыма и тронулся вперед, оставив пассажиров любоваться двухскатными задними колесами. Поехал вперед. Перевалился. Встал.

Тим взлетел по лестнице, рванул водительскую дверь, получил удар в голову и слетел на землю. За рулем сидел тяжеловес Франсуа по прозвищу Бочка. Можно бы было и догадаться по машине.

Экскаватор поднял ковш. Низкорослый Збигнев, прятавшийся в ковше, направил автомат в кузов. Оттуда перед опасным маневром поленились вылезать несколько пассажиров. Из-под экскаватора вылезли для переговоров безоружные Колоб и Ицхак, из песка поднялись берберы с автоматами.