Читаем Перебежчик полностью

Июль вообще выдался жарким, но когда суетишься и бегаешь в поисках то убийц, то шпионов, некогда почувствовать эту жару. Сейчас же я в полной мере испытал все прелести лета на своей шкуре. Очень, между прочим, мокрой шкуре. Рубашка на спине пропиталась потом и отвратительно липла к телу. Ещё, ко всему прочему, утром прошёл дождь и теперь на улице «парило», как в самой настоящей бане.

Судя по явной, показушной невзрачности, со мной решил заговорить один из тех чекистов, которые должны сопровождать команданте. Их, кстати, в аэропорту было напихано столько, что можно спокойно встречать не только кубинскую делегацию, но и вообще всех желающих. Неделю встречать. «Уши» комитета торчали буквально из-за каждого угла.

Хотя, надо отдать должное, ребята не светились. Просто я каким-то удивительным образом точно выцеплял их взглядом из толпы. Вообще, странно, но стал замечать за тобой такие моменты все чаще. То есть прежде, мне и в голову бы не пришло, что вот та парочка веселых женщин, наряженных в красивые платья — сотрудницы Комитета. Потому, что ни по одному признаку определить это невозможно. А вот в данную минуту я смотрел на них и точно понимал, «свои». Видимо, мое сознание окончательно срослось с Максимом Сергеевичем, поэтому его навыки и привычки стали постепенно передаваться мне.

Народу в аэропорт набилось столько, что сложно было понять, где кто есть. Встречающих набралось просто до хрена. Это были не только сотрудники заводов-параходов, как, например, я. Но и обычные, простые люди, всей душой желающие продемонстрировать Кубинскому лидеру, как его рады видеть.

Я стоял на улице, возле здания аэропорта. Причем стоял уже почти два часа. Вместе с остальными встречающими. Понятия не имею, на хрена так рано устроили общий сбор. Очень сомневаюсь, будто Фидель Кастро надумал бы явиться в город нежданчиком. Тем более, насколько мне известно, с ним должны быть еще какие-то «большие» люди из Москвы. По крайней мере, когда кто-то из присутствующих произносил фамилию Косыгин, сразу после этого начинал вращать глазами. Мол, вы вообще понимаете, кто это?

Я, честно говоря, не понимал. Потому, что понятия не имею, кто это. Вернее, должность-то его слышал. Председатель совмина. Но это мне не говорило ровным счетом ни черта. Не силен я в этих реалиях советской политики данного времени. Хоть имена генсеков знаю, и то нормально.

А вообще, если честно, я был удивительно спокоен. Очень странное состояние, учитывая, что нам с Комаровой предстоит провернуть. Да еще где-то рядом кружит Марков и Филатова. Хрен его знает, что они могут исполнить в последнюю минуту.

После того, как отвез Комарову к ее общежитию, поехал в гостиницу. Предварительно, правда, пообещал Александре Сергеевне, если она снова удерет или отправится за мной, сниму ремень и выдеру.

Как только оказался в номере… завалился спать. Подумал, да пошло оно все. Утро вечера мудренее. Вот утром и будем разбираться. А сейчас я так устал ото всего творящегося в последнее время, что даже если бы ночью случился конец света, мне кажется, я бы его тупо проспал.

Утром вскочил по будильнику. Сегодня точно нельзя проспать. Чистая рубашка, пиджак и брюки ждали меня внизу, у Тамары. И скажу честно, это просто охренительно, иметь хорошие отношения с администратором гостиницы. Я, наконец, понял, почему в подобных местах сотрудникам постоянно суют то шоколадки, то конфеты.

Естественно, Тамара, как и все жители города, прекрасно знала, кто появится здесь через несколько часов. Мне кажется, даже дворовые собаки и коты были осведомлены о приезде команданте.

Эта чудесная женщина еще с вечера сама предложила мне помощь. За что я был ей безумно благодарен. Представить не могу, где и как она все это провернула, однако факт остаётся фактом. Поутру я получил чистую, выглаженную одежду. Сходил в душ, искупался. Стоял под водой минут десять. Не меньше. Просто стоял, закрыв глаза. Мыслей в башке, кстати, не было никаких. Вообще. Очаровательная звенящая пустота.

Самое интересное, душ даже не компостировал мне мозги и в наличие была горячая вода. Лилась так, что можно Ниагарский водопад мутить. На фоне нашего длительного противостояния, столь удивительный факт настораживал.

Мрачно пошутил сам с собой насчёт чистого тела. Мало ли, чем день закончится… а то даже как-то неприлично. Грохнут меня, а я грязный.

Потом побрился, оделся, одеколоном мазанул по шее. Сел на кровать, посидел.

— Во идиот… — Высказался вслух, поражаясь странности своего состояния. Поднялся на ноги и вышел из номера.

К назначенному времени я был в аэропорту. И вот от назначенного времени, как раз, прошло уже два часа, а Фиделем даже не пахло. Я так понял, команданте опаздывал. Пообщался с официальными лицами города, типа первого секретаря Воротникова. Не потому что сильно хотелось, я бы вообще предпочёл не светиться, но мое присутствие было тоже официальным. Игнорировать это невозможно.