Читаем Пепелище славы полностью

Эльфийка вздрогнула и полезла в седло, все с тем же отсутствующим выражением на лице. С Ривендором охотник церемонился еще меньше: ухватил за шиворот и поставил на ноги. К чести молодого эльфа, он, наконец, пришел в себя, и дальнейших указаний ему не потребовалось.

Не без труда Шенгар забрался обратно на белого коня. Теперь у него болели решительно все раны, включая уже поджившие царапины. Заныл даже след старого перелома, про который охотник и думать забыл.

Сложнее всего оказалось прижать к лошадиному боку колено простреленной ноги. Запах крови показался орку сильнее обычного. Он присмотрелся и увидел на повязке свежее пятно.

- Ох, Нириэль, - пробормотал он себе под нос, - лучше бы ты промазала…

Долгое время они скакали молча, подгоняя коней. Каждый думал о своем. Эльфы с ужасом понимали, к чему приведет гибель племянника короля. Ривендора, к тому же, начинала беспокоить полученная рана. Шенгар достаточно приспособился к поездке верхом, но боялся свалиться уже по другому поводу: в глазах плясали знакомые темные пятна, и жутко кружилась голова.

Когда нарядная некогда шкура лошади сделалась темной от пота, грязи и пятен крови, бока животного начали тяжело вздыматься, а губы покрылись пеной, Шенгар почувствовал себя отомщенным в полной мере и отдал команду перейти на шаг.

Если раньше в их маленьком отряде верховодить по мере сил пытался каждый, теперь положение вещей изменилось радикально. Притихшие эльфы приняли его руководство как что-то разумеющееся, и Шенгар не мог сказать, что это не доставило ему удовольствия.

Заодно у него появился повод задуматься о своих отношениях с братом. В принципе, Шенгар быстро становился своим в любой компании. Его знали и любили не только Когти Ужаса, но и все остальные кланы. Девушки начинали срочно прихорашиваться, едва завидев обаятельного стрелка. Кому-нибудь еще пришлось бы расплачиваться за такую популярность тихой ненавистью со стороны других охотников, но только не Шенгару. Расположение к нему было настолько велико, что ему не только прощали повышенное внимание женского пола, но и приглашали на каждую мало-мальскую гулянку. Всем, что он знал и умел, Шенгар охотно делился, и за это его ценили не меньше. (Хотя, справедливости ради, стоило заметить, что сравняться мастерством с Шенгаром везде, где тот был силен, редко кому удавалось). Сейчас, глядя на это со стороны, он понял вдруг, что ему ничего не стоило заделаться заводилой в любой из компаний.

Но когда речь заходила о каком-то серьезном деле, он всегда оказывался на пару с братом. И так уж сложилось, что среди них двоих он, Шенгар, был младшим. Изначально - по возрасту, и, как следствие, по положению. До некоторых пор это всех устраивало. И лишь теперь, получив под ответственность сначала одного ушастого, а теперь целых двух, Шенгар вдруг осознал, что так сильно тяготило его в последнее время. Он просто вырос за рамки послушного младшего брата. И, если им с Орогом не хочется перессориться в самое ближайшее время, настала пора пересмотреть сложившийся порядок.

"Не бывать двум вожакам в одной стае" - излюбленная присказка волчьих всадников. Похоже, ему стоит скорее найти собственную стаю, если он желает сохранить добрые отношения с Орогом, не наступая на горло собственной повзрослевшей натуре…

Почти перед самым рассветом Шенгар объявил привал. Уставшие лошади и всадники просто валились с ног, но долгого отдыха беглецы позволить себе не могли.

По соседству с местом стоянки протекал ручей. Вода там была холодной, как ледник, где ручей брал начало, но это не остановило Шенгара. Забравшись в ручей целиком, он долго плескался в прозрачной воде, смывая с себя грязь болезни и плена.

Несмотря на заметное потепление отношений, эльфы держались поодаль и подошли напиться лишь после того, как орк, мокрый и довольный, выполз на берег, стряхивая воду с многочисленных косичек.

Пока Нириэль и Ривендор приводили в порядок себя и лошадей, Шенгар принялся изучать наследство, оставленное Белондаром.

Несмотря на откровенно эльфийский вид рубахи и куртки, охотник искренне пожалел, что размером они едва годятся на девушку или подростка из Северных Кланов. Здоровый, он мог ходить босиком по снегу, но сейчас не отказался бы и от этих разукрашенных листочками и завитушками тряпок, не будь они столь безнадежно малы.

Немного утешили орка два превосходных ножа и тяжелый по эльфийским меркам обоюдоострый кинжал. Некоторое время он прилаживался к кинжалу, перекидывая в ладони. Рельефная рукоять не желала удобно укладываться в широкой орочьей лапе, но Шенгар быстро нашел выход, отодрав полосу от одежды покойного и обмотав этой тряпицей выступы и впадины, рассчитанные под тонкие эльфийские пальцы. Элегантность оружие разом утратило, но заметно выиграло в удобстве. Шенгар решил при случае заменить рукоять на более пристойную.

Кинжал он приспособил на пояс, ножи распихал по сохранившимся после знакомства с длинноухими тайникам одежды.