Читаем Пепел врага полностью

Сегодня он мог быть доволен ребятами. Спецназовцы сработали на совесть. Операция по уничтожению тайной базы сепаратистов прошла без сучка без задоринки. Тайное логово «чехов», оборудованное высоко в горах, перестало существовать. База стала могилой и для десятка боевиков, оберегавших схроны с оружием и продовольствием.

Пленных в этот раз майор Бойцов приказал не брать.

Дав бойцам пятиминутную передышку, Бойцов связался по рации с командным пунктом.

– Десятый, ответь Вепрю, – присев на остывший за ночь камень, произнес Бойцов.

В наушнике, вставленном в ухо майора, раздался отчетливый голос оператора радиоразведки, отвечавшего за связь с разведчиками:

– Десятый на связи.

– Мы на подходе.

– Что с потерями?

– Потерь нет.

– «Вертушки» видели дым в вашем квадрате.

– База уничтожена. Задание выполнено, – поправив микрофон, закрепленный на вороте маскировочного комбинезона, сообщил майор.

– Вепрь, вас понял. Конец связи. – В наушнике что-то булькнуло, перед тем как наступила тишина.

Разведчики сами выбирают себе позывные. Бойцову нравился осторожный лесной зверь с неукротимым нравом. Правда, некоторых начальников смущал казавшийся неблагозвучным позывной, но Бойцов настоял на своем. Он и на заданиях действовал как матерый секач: когда надо – осторожничал, когда требовала ситуация – шел напролом.

Поднявшись с камня, Бойцов махнул рукой сидевшему на корточках спецназовцу. Тот встал, передавая сигнал по цепочке. Пока не поднялся замыкающий, Бойцов продолжал наблюдение за отрядом.

Он лично отбирал парней в свою группу. Придирчиво штудировал досье каждого, проверял физическую форму потенциальных кандидатов, проводя рукопашные бои.

Правила отбора были простыми. Спецназовец должен был уметь подчиняться, должен был быть готовым убивать и не пить водку. Последнее, казавшееся самым легким, на самом деле таковым не являлось. К горячительным напиткам на войне отношение особенное. Лучшего средства для снятия стресса не найти, если не считать наркоту. Но «дурью» баловались законченные болваны, которых Бойцов и за солдат никогда не считал. А вот к водяре даже в спецназе многие относились снисходительно.

Нет, сам майор Илья Бойцов, конечно, не был монахом. Однако он всегда помнил золотое правило: надо знать, с кем, когда и сколько пить. Отряд могли поднять в любую минуту. Поэтому Бойцов установил жесткий сухой закон. За нарушение оного майор жестоко наказывал.

Когда-то его, зеленого лейтенанта, подставил напарник, у которого задрожали руки. Спецназовец, керосинивший перед заданием несколько суток, не снял из снайперской винтовки нарисовавшегося в тылу боевика. Огромный бородач с ходу, длинной очередью от бедра срезал спецназовца. Бойцову тоже досталось. Одна пуля прошила бок и еще несколько, срикошетив от скалы, впились в бедро и разорвали щеку. Бойцов упал, обливаясь кровью. К нему с гортанными воплями помчался боевик. Он принял упавшего спецназовца за мертвого, но через секунду убедился, что очень жестоко ошибся. Бойцов нащупал рукоять ножа, выдернул оружие с остро заточенным лезвием из ножен и, почти не целясь, метнул в приближающегося врага.

Нож по рукоятку вошел в горло бородача. Тот по инерции пробежал еще несколько шагов, чтобы рухнуть прямиком на Бойцова. Из вспоротой глотки врага фонтаном хлестала кровь. Сбрасывая с себя обмякшее тело, раненый Бойцов захлебывался от своей и чужой крови. На память о тех событиях у майора остался шрам на правой щеке и несколько отметин на теле, а пившего спецназовца отправили домой в цинковом гробу.

Все это Бойцов вспомнил, глядя на долговязую фигуру замыкающего. Тыл отряда прикрывал высокий парень со старым добрым «калашом» калибра 7,62 в руках.

* * *

Белобрысый субъект, которого в отряде звали не иначе как Шваб, был спецназовцем, что называется, от бога.

Вообще-то, по паспорту он был Витаутасом Швабкенисом, литовцем по национальности и славянином в душе. Его родители всю жизнь провели в геологических экспедициях, скитаясь по бескрайним просторам Сибири и Крайнего Севера. По семейному преданию, Шваб родился чуть ли не в палатке на берегах Иртыша. Скорее всего, это была красивая сказка, выдуманная родителями. В свидетельстве о рождении было указанно, что Витаутас Швабкенис появился на белый свет в акушерском пункте сельской больницы.

С детских лет маленький Шваб познавал тайгу, слушал шум сосен, учился ориентироваться по звездному небу. Швабкенис-старший, открывший не одно месторождение полезных ископаемых, продолжал работать. Родители брали в летние экспедиции подросшего сына. Но экспедиции становились все короче, финансирование урезалось, а открытые месторождения не разрабатывались. В разваливающейся стране под названием СССР наступал кризис.

Когда очумелый от водки начальник, возомнивший себя большим специалистом по национальному вопросу, обозвал Швабкениса-старшего «недобитым лесным братом», семья решила перебраться на историческую родину.