Читаем Пепел розы полностью

Десерт они решили не брать. Официант уже возвращал Кэрри кредитную карточку, когда Робин охнула.

— Что случилось, детка?

— Здесь папа. Он нас видит, — Робин вскочила.

— Подожди, пусть сам подойдет, — тихо велела Кэрри. Обернувшись, она увидела двух мужчин, которые шли за метрдотелем. Ее глаза округлились, в спутнике Боба Кэрри узнала Джимми Уикса.

Боб выглядел просто великолепно, как и всегда. На красивом лице — ни тени усталости, а ведь он целый день провел в суде. Ни морщинки на лице, ни складочки на костюме, подумала Кэрри, осознав, что в присутствии Боба ее всегда тянет подправить макияж, пригладить волосы, одернуть пиджак.

Робин нетерпеливо приплясывала на месте от радости. Счастливая, она кинулась обнимать отца.

— Прости, папа, что я пропустила твой звонок.

— Ох, Робин, — вздохнула Кэрри. И поймала на себе взгляд Уикса.

— Я встречал вас здесь в прошлом году, — начал тот. — Вы обедали с двумя судьями. Рад видеть вас снова, миссис Кинеллен.

— Я снова Макграт. А у вас, мистер Уикс, прекрасная память, — ровно проговорила Кэрри. Уж она-то, разумеется, не станет распинаться, будто рада встрече.

— Да уж, на память не жалуюсь, можете не сомневаться. — Уикс улыбнулся, превращая слова в шутку. — Особенно когда надо запомнить красивую женщину.

Нет уж, увольте, натянуто улыбаясь, подумала Кэрри. Боб выпустил Робин из объятий и протянул руку ей.

— Кэрри, какой приятный сюрприз.

— Наши встречи с тобой всегда сюрприз.

— Мама! — взмолилась Робин.

Кэрри закусила губу, злясь на себя за то, что говорит Бобу колкости при дочери, и выдавила улыбку.

— Мы уже уходим.

Официант принес выпивку, и Уикс заметил:

— Твоя бывшая не слишком тебя жалует, Бобби.

— Кэрри не хватает легкости, — пожал плечами Кинеллен. — Она все воспринимает чересчур всерьез. Мы поженились слишком молодыми и быстро разошлись. Такое случается сплошь и рядом. Мне бы хотелось, чтобы она встретила хорошего человека.

— А что у твоей дочери с лицом?

— Поранило осколками стекла при столкновении. Скоро все будет нормально.

— О хорошем пластическом хирурге позаботился?

— Да, с самыми отличными рекомендациями. Что будешь, Джимми?

— И кто же это? Может, тот самый, к которому ходит моя жена?

Боб внутренне проклинал свое невезение — надо же было столкнуться с Кэрри и Робин. А теперь Джимми заинтересовался подробностями.

— Это Чарльз Смит, — наконец выдавил он.

— Чарльз Смит? — вздрогнул Уикс. — Ты шутишь?

— К сожалению, нет.

— Я слышал, он скоро оставит практику. У него серьезные проблемы со здоровьем.

— Откуда ты знаешь? — удивился Боб.

— Я слежу за ним, — холодно глянул на него Джимми. — А почему, догадайся сам. Все случится очень скоро.

Ночью кошмар повторился. Опять Кэрри сидела в приемной врача, а на полулежала молодая женщина с затянутым вокруг шеи шнуром. Пышные темные волосы обрамляли лицо с бессмысленно вытаращенными глазами, рот приоткрыт, будто она ловит воздух, виден кончик розового языка.

Во сне Кэрри попыталась закричать, но у нее вырвался только тихий стон.

— Мамочка, проснись! Что с тобой?

Кэрри открыла глаза и обнаружила, что Робин трясет ее за плечи.

— Господи, Робин, какой жуткий сон мне приснился. Спасибо.

Но когда Робин ушла к себе в комнату, Кэрри больше не смогла заснуть. Почему она видит этот кошмар? И сегодня что-то было иначе, не так, как в прошлый раз… В сегодняшнем сне по телу были разбросаны цветы. Розы.

Кэрри резко села. Вот оно. Вот что она пыталась вспомнить. Девушка, встреченная сегодня в приемной доктора Смита, и та, которую она видела две недели назад… Очень похожие девушки. Кэрри наконец осенило. Она поняла, кого они ей напомнили. Сьюзан Риардон, жертву в деле, которое пресса окрестила «Убийство розы». Это случилось почти одиннадцать лет назад, Сьюзан убил муж. Пресса раздула вокруг этого большую шумиху, все газеты писали об «убийстве из-за страстной любви». Тело красивой жертвы было усыпано бутонами роз.

В тот день, когда Кэрри начала работать в прокуратуре, присяжные признали Скипа Риардона виновным. Газеты пестрели портретами Сьюзан. Кэрри была уверена, что не ошиблась, поскольку находилась в зале суда во время вынесения приговора. Дело произвело на нее сильное впечатление.

Но почему, во имя господа, две пациентки доктора Смита как две капли воды похожи на Сьюзан Риардон? Почти ее копии.

Памела Уорт была ошибкой. От этой мысли доктор Чарльз Смит почти всю ночь в понедельник не мог заснуть. Красота ее нового, скульптурно вылепленного лица не вязалась с вульгарными жестами и резким голосом.

Он должен был сразу это понять. В общем-то, он и понял, но устоять не сумел. Лицо Памелы оказалось идеальным материалом. И, чувствуя, как под его пальцами происходит преображение, он вновь испытал упоение от захватывающего процесса творчества, как и в тот, первый раз.

Что он станет делать, когда потеряет способность оперировать? А этот момент не за горами. Легкая дрожь в руках, сейчас только раздражавшая, усилится, и он не сможет работать.