Свинец выгорел дотла.

«Он убил Кельсера!»

Браслеты сорвались. Лорд-правитель закричал от боли, но его крик донесся до Вин откуда-то издалека. Тяжесть, давившая на нее, внезапно исчезла, и Вин упала на пол. В глазах было темно. Окровавленные браслеты ударились об пол и покатились по мраморным плитам. Вин подняла глаза, воспламенив олово, чтобы хоть что-то видеть.

Лорд-правитель стоял на прежнем месте, но глаза его расширились от ужаса, а по рукам текла кровь. Он выпустил Марша и бросился за укатившимися браслетами. Из последних сил Вин толкнула браслеты прочь от лорда-правителя. Он развернулся и увидел, как они вылетели в разбитое окно.

— Нет! — закричал лорд-правитель, делая шаг к окну.

Его могучие мышцы сразу же обмякли, как это было с Сэйзедом, когда у него кончилась ферухимическая сила. Он повернулся к Вин, охваченный яростью, и лицо его менялось на глазах. Теперь он выглядел человеком средних лет…

Он шагнул к Вин. В его волосах появилась седина, вокруг глаз высыпали морщинки, похожие на тонкую паутину.

Его следующий шаг был уже неуверенным. Лорд-правитель дрожал под грузом прожитых лет, его спина согнулась, волосы посыпались с головы.

А потом он рухнул на пол.

Вин прислонилась к колонне. Голова шла кругом от боли. Она перестала что-либо соображать. Ей надо было отдохнуть.

— Госпожа! — донесся до нее чей-то голос.

Рядом очутился Сэйзед. Его лоб был мокрым от пота. Он что-то влил ей в рот, она проглотила…

Тело само знало, что делать дальше. Вин инстинктивно воспламенила свинец, и он сразу наполнил ее силой. Подожгла олово — и мгновенно обострившиеся чувства заставили ее очнуться. Вин глубоко вдохнула, глядя в озабоченные глаза Сэйзеда.

— Осторожнее, госпожа, — предупредил он, осматривая ее. — Кость раздроблена.

— Марш, — выдохнула Вин. — Посмотри, как там Марш…

— Марш? — переспросил Сэйзед.

И тут он увидел тяжело ворочавшегося на полу инквизитора.

— О забытые бога! — воскликнул Сэйзед, направляясь к Маршу.

Марш застонал и сел. Одну руку он прижимал к животу.

— Что… что случилось?

Вин окинула взглядом иссохшее тело на мраморном полу.

— Это лорд-правитель. Он мертв.

Сэйзед недоуменно вскинул брови и выпрямился. На нем была коричневая ряса, и с собой он принес простое деревянное копье. Вин покачала головой. С таким жалким оружием Сэйзед хотел сражаться с тварью, едва не убившей их с Маршем.

«В некоторым смысле все мы бессильны. Это мы должны были погибнуть, а не лорд-правитель. Но я сорвала с него браслеты. Как мне удалось? Почему я не такая, как другие рожденные туманом?»

— Госпожа, — осторожно окликнул Сэйзед. — Он… я думаю, он не умер. Он еще жив.

— Что?

Вин нахмурилась. В голове у нее еще не окончательно прояснилось. Сэйзед был прав — лорд-правитель жил. Дряхлый старец жалко извивался на полу, пытаясь подползти к разбитому окну, за которым исчезли его браслеты.

Марш с трудом поднялся на ноги, отмахнувшись от Сэйзеда.

— Я быстро оправлюсь. Займись лучше девочкой.

— Помоги мне встать, — попросила Вин.

— Госпожа! — укоризненно воскликнул Сэйзед.

— Пожалуйста!

Сэйзед вздохнул и протянул ей копье.

— Вот, обопрись.

Вин схватилась за копье, и Сэйзед помог ей подняться.

Опираясь на древко, она дохромала до лорда-правителя. Тот подполз к окну и смотрел на город сквозь разбитое стекло.

Под ногами Вин хрустели осколки. Люди внизу ликовали, но Вин не видела их и не знала причин их восторга.

— Слушай, — прошипел Сэйзед. — Слушай, ты, бывший нашим божеством. Ты слышишь эти голоса? Они не тебя прославляют… они никогда не прославляли тебя. Они нашли нового вождя и обрели гордость.

— Мои… поручители… — шепнул лорд-правитель.

— Твои поручители забудут о тебе, — сказал Марш. — Я об этом позабочусь. Остальные инквизиторы мертвы, я лично убил их. Ты ведь сам передал всю власть кантону инквизиции. А я — единственный инквизитор в Лютадели. Теперь я правлю твоей церковью.

— Нет… — выдохнул лорд-правитель.

Марш, Вин и Сэйзед стояли рядом, глядя на древнего старика. В первых лунах утреннего солнца Вин рассмотрела наконец огромную толпу перед дворцом.

Лорд-правитель посмотрел вниз, на толпу, и, похоже, осознал свое поражение. Он перевел взгляд на тех, кто победил его.

— Вы не понимаете, — прохрипел он. — Вы не знаете, что я делаю для человечества. Я ваш бог, даже если вы этого не осознаете. Убив меня, вы обрекли себя…

Троица переглянулась. Лорд-правитель закашлялся и как будто постарел еще сильнее.

Вин оперлась на Сэйзеда, стиснув зубы от боли в сломанной ноге.

— Тебе привет от нашего общего друга, — тихо сказала она. — Он хочет, чтобы ты знал: он не умер. Его невозможно убить. Потому что он есть надежда.

А потом она подняла копье — и вонзила его в сердце лорда-правителя.

Эпилог