Читаем Пень полностью

де, придирчивую к манерам и поведению молодую женщину

48 лет; её трудно было склонить к поступкам, которым давно,

еще в ранней юности была дана строгая оценка; она все еще жда-

ла своего принца в образе достойного, порядочного, надежного

мужчины. Ожидая его прихода, она отказывала себе в мимолет-

ных увлечениях и ни к чему не обязывающих отношениях.

Она была один раз замужем; ее муж – первый принц еще

со школы, – очень любил её, хорошо одевался, был привет-

ливым с другими людьми и никого не судил; его привлекала

в жизни романтика и приключения, у него было много друзей;

ему недоставало знаний, он не увлекался ни поэзией, ни искус-

ством, мало читал, но был надежным, честным и справедливым.

К тому же он был страстным альпинистом.

И она была такой же принцессой, которая ему соответство-

вала; любила элегантно одеваться, с удовольствием принимала

участие во встречах друзей, любила романтику, обожала книги

про любовь и приключения. Они были словно созданы друг для

друга.

Пять лет назад он и два его друга погибли в Гималаях, в ка-

кой-то пропасти. И она осталась одна, принцессой в опустевшем

королевстве.

Письмо ее тронуло, даже сама не ожидала, что оно ее заде-

нет, заставит остановиться, призадуматься, оглядеть себя с ног

до головы, почувствовать себя не предметом на пути где-то меж-

ду работой и домом, не специалистом по растениям, не сотруд-

ницей на телевидении, а в огромном мире одиноких, тревож-

ных, неспокойных душ крошечной точкой, слабым, мерцающим

огоньком, который так легко погасить легким дуновением вет-

ра. Так хочется, нет, просто необходимо, чтобы кто-то подошел

и прикрыл от ветра огонек своими широкими ладонями, чтобы

огонек окреп, стал пылать, и однажды превратился в красивый

огонь со всеми переливами красок и горячих язычков, которыми

он жадно охватывает и пожирает поленья жизни… «Хочу теплые,

крепкие руки, простертые ко мне!», – сказала она себе, улыбну-

лась, и ответила незнакомому поклоннику.

Завязалась оживленная переписка, в которой чувствовалось,

что он принимает её за тонкую, чувствительную натуру, образо-

ванную женщину, умного и сложного человека…

Постепенно у нее сложился его образ благородной возвы-

шенной натуры и сильной личности, и в этот далекий немного

туманный образ она незаметно влюбилась, ждала его письма,

отвечала невпопад… Этот образ сохранился еще из юности, он

там зародился и она его, как маску, мысленно одевала на всех

мужчин, встречавшихся на ее пути, в надежде, что кому-то она

будет впору, кто-то будет ей соответствовать. В этих примерках