«Господин Музил умный человек, — сказал я. – Он понял, что я дал ему шанс не уронить в грязь лицо – разойтись со мной миром, в соответствии с местными понятиями. В отличие от тебя, старый, атаман Крюк знает, что значит репутация. И понимает, что предпринимательское сообщество даже в очень большой стране – это тесная группа, где все обо всех всё знают или могут узнать».

«И что с того?»

«Если ты хочешь, чтобы тебя уважали – должен придерживаться определённых правил. Деловые люди избегают сотрудничества с обманщиками и беспредельщиками. Но сами могут помыкать теми, кто позволяет с собой так поступать. Я не хочу оставить о себе в Персиле память, как о человеке, которого безнаказанно кинул деловой партнёр. Об этом я Релу Музилу и сообщил – он меня понял».

«При чём здесь Крюк, етить его? Мою пекарню сожгли детишки старого Фетрика!»

«С конкурентами у меня не было никаких договорённостей, — сказал я. – Да, они испортили моё имущество. И я вправе им отомстить или подать на них жалобу властям. Как бы я ни поступил – на мою деловую репутацию мой поступок не повлияет. Потому что с предприятием мастера Фетрика я не вёл никакой дел. И наши разборки с семьёй мастера – всего лишь обычная бытовуха».

«Ничего себе бытовуха! Пекарня сгорела!»

«Сгорела. И в этом в первую очередь виноват Рел Музил – так получилось. Он не сумел исполнить свою часть договора. И должен был либо возместить мне ущерб, либо попросту послать меня «подальше». Тот и другой вариант с точки зрения делового этикета был в его случае приемлем. Но не для меня. Хоть и говорят, что один раз не считается – это не так».

«С чего это? Ты просто пекарь, парень, а не бандит».

«Я не желаю оставаться «просто» пекарем, старик. Когда-нибудь на моей руке рядом с кольцом поварской гильдии появится перстень мага. А значит, я уже сейчас обязан думать о будущем. Стоит дать слабину однажды, и в следующий раз твои партнёры поступят с тобой по уже испытанному сценарию. Хочешь, чтобы обо мне в будущем сплетничали: этого мага когда-то нагнул мелкий бандит?»

«Не такой уж Крюк и мелкий».

«Он крупная рыба в Персиле. Но мелочь – в масштабах Крельского царства, — сказал я. – И сам это понимает. Потому что поступил благоразумно: пошел по пути деловых договорённостей, а не попытался унизить «простого» пекаря. Говорю же: господин Музил умный человек. Путь договорённостей предполагает, что свои расходы он возместит за счёт мастера Фетрика: у того ведь перед ним тоже были обязательства».

«Хочешь сказать, парень, ты не будешь мстить этим рыжим ублюдкам?»

«Ну почему же. Я о рыжих не забыл. Есть у меня планы на их пекарню. Я за счёт неё расквитаюсь с одним своим долгом».

«С каким?» — спросил мастер Потус.

«Скоро увидишь, старый», — пообещал я.

Впереди уже виднелся знакомый дом и дверь в магазин при пекарне мастера Фетрика.

***

Клифским волкодавам я велел дожидаться меня на улице у входа. Собаки не возражали – уселись у стены, принялись разглядывать прохожих. Там же с удовольствием я оставил бы и мастера Потуса, но вредный призрачный старик вряд ли бы меня послушался. Поэтому я не стал ничего доказывать старому пекарю, вошел в зал магазина. Замер, привыкая к плохому освещению. С удовольствием вдохнул запах свежего хлеба – успел по нему соскучиться.

Поморщился, услышав жужжание насекомых. Заметил, что узкоплечий продавец меня узнал. Я понял это по испугу на лице мужчины. Узнали меня и обе стоявшие около прилавка покупательницы – не раз видел их в очереди у своей пекарни. Женщины поздоровались со мной, назвали меня по имени. Но тут же отвели взгляды, словно я застал их за непристойным занятием. Я отогнал от лица толстую чёрную муху, прошёл вглубь зала, на ходу развязывая старенький кошель.

«Действуй, мэтр».

Продавец приоткрыл рот, но молчал – будто внезапно онемел.

— Пришёл с вами попрощаться, — сказал я ему. – Уезжаю.

Вынул из кошеля обломок деревянной ложки, положил его на прилавок. Продавец отпрянул от деревяшки, точно увидел перед собой змею. Прижал к груди руки – смотрел то на меня, то на прилавок: не мог понять, откуда последуют неприятности. Но что те обязательно будут, узкоплечий уловил чётко – не представляю, каким именно местом он почувствовал их присутствие.

— Это вам мой прощальный подарок, — сказал я. – Чтобы помнили обо мне.

«Сменил привязку, мэтр?»

«На весь этот дом, как вы и просили, юноша», — ответил профессор Рогов.

Я посмотрел на рогатого призрака, застывшего рядом с молчаливым продавцом. Моё воображение заставило его скрестить на груди руки и гордо вскинуть подбородок. В этот раз мне почудилось, что привидение Полушиного предка отдалённо напоминало самого Полушу. Те же широкие плечи, мощные предплечья и толстые короткие ноги. А ещё подумал, зная Лошку, что когда-нибудь и молодой пекарь обзаведётся рогами, как у его предка.

«Это твоё новое жилище, уважаемый, — мысленно сказал я рогатому. – Развлекайся. Вряд ли мы с тобой снова увидимся. Прощай. Счастливо оставаться».

Глава 45