Читаем Пейсбук полностью

Всю жизнь нас преследуют логические формулы. Действие следует за действием, категория за категорией, вывод за выводом. Помните, у Маркса «товар-деньги-товар», у Македонского «пришел-увидел-победил», у Ульянова «сегодня-рано-завтра-поздно»? Кто первый застолбил свою делянку, тот и взял прикуп. Но гениями, как известно, не рождаются, гениями становятся. Как, впрочем, и героями. И то, что гении в последнее время попадаются все больше злые, а герои – с приставкой «анти-», мы чаще всего узнаем в качестве подтверждения событий, в которые здоровым людям верить не очень хочется.

Почему? Наверное, потому, что у нас в детстве были разные сказки.

В моих, например, добро всегда побеждало зло. Причем в борьбе совсем нешуточной. Затаив дыхание, я слушал рассказы о похождениях главных героев. Ради этого был готов кушать ненавистную манную кашу и засыпать в девять вечера. Порой становилось боязно, порой жутко, но всегда было страшно интересно узнать, чем же все закончится.

Да, в моих сказках добро всегда побеждало зло.

Но все в мире меняется: вместо РСФСР теперь РФ, вместо двадцатого века – двадцать первый, вместо книжек – интернет, а добрые сказки, заснув, поутру проснулись злой реальностью. Дурацкая шутка начала двухтысячных о том, что бабло побеждает зло, ушла в народ и быстро нашла отражение не столько в анекдотах и поговорках, сколько в образе жизни.

Вряд ли сказки меняются сами по себе. Скорее, новые времена диктуют иной смысл и иную мораль.

Все чаще мне кажется, что пресловутые умный и дурак тоже поменялись местами. Обещание, что кто был никем, тот станет всем – сбылось! А так как в нашей стране привычно соображать на троих, то в компанию к «новому русскому» можно смело добавить «нового умного» и «нового дурака»!

А пока что каждая лягушка просто обязана стать царевной, каждый идиот – царем, а каждый Емеля – олигархом. Сказки с подобным оптимистичным финалом теперь считаются добрыми, все остальные – злыми. В злых сказках не просматривается щучьего веления, волшебной палочки, прекрасного принца или даже самой захудалой феи. Зато в них приходится работать, потеть, что-то постоянно придумывать, хитрить и изворачиваться. И все ради чего? Чтобы получить, в конечном счете, никому не нужную купеческую дочь? С прыщами, кривыми ногами, собственными заморочками и тараканами, но с отцовской скобяной лавкой в придачу! Либо прозябать инженером в трижды перепроданном НИИ, варить сталь в горячем цеху, бурить скважины или толкать телефоны в салоне сотовой связи. В общем, горбатиться на дядю, который вряд ли когда-нибудь о тебе что-то узнает и оценит.

Какое-то наваждение, бег по замкнутому кругу.

Становится безумно обидно, когда детские мечты сплошь и рядом разбиваются вдребезги о бетонную стену непонимания, равнодушия и безысходности. Подтверждая горькую правду: ты и мир – независимы друг от друга. Действительно, мир от тебя никак не зависит.

И тогда наступает момент переосмысления всего того, что ты знал ранее. Очередной момент истины.

Чтобы построить новый мир, нужен, как минимум, фундамент. А еще средства, воля и поддержка друзей. Но когда мать уже не в состоянии дать тебе молока, а о любви речь вообще не идет, наступает время новых сказок.

Сказок, где бабло побеждает добро…

Странное время. Когда в каждом втором предложении присутствует слово «новое», лично у меня создается впечатление, будто до нынешней навязчивой рекламы, «убойных» сериалов и информационных технологий мир не существовал вовсе. Не было всей нашей истории, миллионов погибших и десятков миллионов спасенных, троянской войны и египетских пирамид, мальчика из Назарета и графа Дракулы, Моцарта и Верди, Шекспира и Пушкина… Не было никого и ничего. Даже джинсов Levi Strauss!

Старое время. Как я по нему тоскую. Не по развитому социализму с уставшим Брежневым. А по людям, по отношениям между ними, по поздравительным открыткам к каждому празднику ввиду отсутствия телефона в отдельно взятой советской семье… Знаете, когда в стране в дефиците книги, они по определению не могут быть плохими.

А теперь в цене все больше журналы. Яркие, красивые, манящие. Вселяющие надежду на светлое будущее. Особенно, если их читать перед сном. Как когда-то сказки.

Зажмуриваешь глаза, накрываешься с головой одеялом и… Ласковый шепот пальм сливается с нежным всплеском бирюзовой волны на Лазурном побережье. Голубой омар с нетерпеньем ждет, когда розовый Роллс-Ройс подвезет тебя к не менее чем трехзвездочному мишленовскому ресторану. Томные красотки на оксфордском английском или ломаном русском, который они учили долгими зимними вечерами перед встречей с тобой, рассказывают забавные истории о своей нескромной жизни в протестантском пансионе для девочек. При этом твой белоснежный костюм не топорщится ни одним карманом, будто их нет вовсе. Зачем, когда мобильный телефон и бумажник за тобой носит специально обученный человек? И если этот телефон звонит, то на том конце не иначе как…

Перейти на страницу:

Похожие книги

Целительница из другого мира
Целительница из другого мира

Я попала в другой мир. Я – попаданка. И скажу вам честно, нет в этом ничего прекрасного. Это не забавное приключение. Это чужая непонятная реальность с кучей проблем, доставшихся мне от погибшей дочери графа, как две капли похожей на меня. Как вышло, что я перенеслась в другой мир? Без понятия. Самой хотелось бы знать. Но пока это не самый насущный вопрос. Во мне пробудился редкий, можно сказать, уникальный для этого мира дар. Дар целительства. С одной стороны, это очень хорошо. Ведь благодаря тому, что я стала одаренной, ненавистный граф Белфрад, чьей дочерью меня все считают, больше не может решать мою судьбу. С другой, моя судьба теперь в руках короля, который желает выдать меня замуж за своего племянника. Выходить замуж, тем более за незнакомца, пусть и очень привлекательного, желания нет. Впрочем, как и выбора.

Лидия Андрианова , Лидия Сергеевна Андрианова

Публицистика / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Попаданцы / Любовно-фантастические романы / Романы
Кланы Америки
Кланы Америки

Геополитическая оперативная аналитика Константина Черемных отличается документальной насыщенностью и глубиной. Ведущий аналитик известного в России «Избор-ского клуба» считает, что сейчас происходит самоликвидация мирового авторитета США в результате конфликта американских кланов — «групп по интересам», расползания «скреп» стратегического аппарата Америки, а также яростного сопротивления «цивилизаций-мишеней».Анализируя этот процесс, динамично разворачивающийся на пространстве от Гонконга до Украины, от Каспия до Карибского региона, автор выстраивает неутешительный прогноз: продолжая катиться по дороге, описывающей нисходящую спираль, мир, после изнурительных кампаний в Сирии, а затем в Ливии, скатится — если сильные мира сего не спохватятся — к третьей и последней мировой войне, для которой в сердце Центразии — Афганистане — готовится поле боя.

Константин Анатольевич Черемных

Публицистика
Захваченные территории СССР под контролем нацистов. Оккупационная политика Третьего рейха 1941–1945
Захваченные территории СССР под контролем нацистов. Оккупационная политика Третьего рейха 1941–1945

Американский историк, политолог, специалист по России и Восточной Европе профессор Даллин реконструирует историю немецкой оккупации советских территорий во время Второй мировой войны. Свое исследование он начинает с изучения исторических условий немецкого вторжения в СССР в 1941 году, мотивации нацистского руководства в первые месяцы войны и организации оккупационного правительства. Затем автор анализирует долгосрочные цели Германии на оккупированных территориях – включая национальный вопрос – и их реализацию на Украине, в Белоруссии, Прибалтике, на Кавказе, в Крыму и собственно в России. Особое внимание в исследовании уделяется немецкому подходу к организации сельского хозяйства и промышленности, отношению к военнопленным, принудительно мобилизованным работникам и коллаборационистам, а также вопросам культуры, образованию и религии. Заключительная часть посвящена германской политике, пропаганде и использованию перебежчиков и заканчивается очерком экспериментов «политической войны» в 1944–1945 гг. Повествование сопровождается подробными картами и схемами.

Александр Даллин

Военное дело / Публицистика / Документальное