Читаем Печаль Танцора полностью

Голова ее поднялась, вероятно, озирая незримую колонну магии Лиосан. - Я сбежала из кровавой бани, - проговорила она почти сонно. - Нашла эти перекрестки. Здесь и сижу на стуле, стараясь установить мир. Стараясь строить, не разрушая. И, - пожала она плечами, - появились вы.

Шелк не понимал, что сказать. Как ответить на такие признания? Он снова кашлянул. - Ну... мы благодарим вас за все сделанное.

Она печально улыбнулась. - Спасибо.

Не совладав со тревогой, он добавил: - А Рилландасас? Вы не страшитесь его?

- Страшусь? О да, весьма сильно. Но знаю, что он мне не повредит.

"А мне", задумался Шелк. Возможно, она сочла личную безопасность распространившейся и на него - остается лишь надеяться, что это не заблуждение. Вспомнив, как она рассказывала о вызовах зверю-человеку, он решил не обнажать оружия, изображая полнейшую беззащитность, что давно стало его специализацией.

Потому она и привела его? Из-за этого необычного таланта? Что ж, скоро будет случай выяснить...

Ночь сгущалась. Они ждали. Наконец он ощутил полнейшее утомление. Глаза слезились, голова постоянно падала. Невзирая на страх и холод, он сдался, повалившись на землю. Положил голову на руку и уснул.

Разбудила его вонь. Навязчивый звериный мускус проник в беспокойные сны, нос сморщился, во рту скопилась слюна. Удушье разбудило мага, он вскочил и скорчил гримасу. - Что тут...

Краткое движение руки Шелменат успокоило его.

Она стояла лицом к западу. Он тоже с трудом встал, чуть не запутавшись в ноющих ногах. Было светло, хотя солнце еще не заползло на край горизонта. Полосы облаков раскрасились розовым и золотым. Ветер пробирался под куртку и рубашку, заставляя дрожать.

Что-то приближалось. Бежало тяжелой рысью, качаясь в стороны, выбрасывая вперед толстые, серые в тусклом свете лапы. Шелк наблюдал, руке не терпелось схватиться за оружие. Зверь застыл, поднимая черный нос и осторожно принюхиваясь.

Зверь-человек осторожен? Вот так откровение. Но Шелк вспомнил рассказы о множестве охот, выходивших против него. Все охоты оканчивались одинаково неудачно.

Удовлетворившись, зверь начал взбираться на холм. Шелк не утерпел, отступив и почти прижавшись к Шелменат. Зверь становился все солиднее, пока пораженный маг не осознал, что даже на четырех лапах он вдвое выше человека, а встав на дыбы, окажется втрое выше. Спутанная тускло-желтая шерсть приобретала белесый оттенок на горле и груди. Мышцы облепляли толстые лапы, длинные пальцы оканчивались янтарными когтями длиной с добрые кинжалы. Черная вытянутая морда напоминала и шакала, и гончего пса, но блестевший в глазах явный интеллект скорее вызвал ассоциации с волком. Рилландарас оказался необыкновенным примером слияния черт человека и псового хищника.

Существо подскочило к ним. Шелк едва подавил вопль паники и весь сжался. Но Шелменат подняла руку в приветствии. Маг застыл на месте и тут же, к своему удивлению, пал на одно колено. Ему казалось, что предел ужаса уже достигнут - но тут зверь заговорил, испуская вполне членораздельные для такого чудища слова.

- Шелменат, привет тебе, - прорычал он грубо и скомкано. - Мой враг... моя любовь.

- Не ищу твоего внимания, - сказала она, - но спасибо.

Выпрямившись, тварь заслонила их, словно бледное облако. Указала когтистой лапой на Шелка. - Что это, твоя ловушка? Любимая, я должен отвлечься, и он нанесет гибельный удар?

Защитница покачала головой: - Нет. Не ловушка. Всего лишь тот, кто станет беречь мою спину на равнинах. Боюсь, путешествие по ним опасно.

Ответом стало нечто среднее между заполошным лаем и смехом. - Поистине. И я говорю: ловушки не нужны, ибо ты уже пленила меня.

Улыбка Защитницы была мягкой, но и грустной. - Это станет очередной историей о разлученных звездами любовниках? Древней сказкой об ужасном чудовище и рабстве красоты?

- Ты ужасаешь меня, верно.

Шелменат засмеялась так легко, что Шелк ощутил в животе укол ножа зависти. Но ее улыбка погасла. Женщина крестила руки на груди. - Я ищу твоего согласия. Хочу, чтобы ты напал на захватчиков из Кана.

Зверь глухо зарычал, сама почва под ногами Шелка завибрировала. - На равнинах много куда более легкой добычи, - ответил он неохотно.

- Ты отвергаешь мою просьбу?

Зверь не отвечал. Лишь хриплое дыхание оглашало рассвет. Он оглядывался, словно ища врагов.

Он чего-то боится, сообразил Шелк. У Шелменат есть что-то против него.

- Мне отменить запрет на торговлю и путешествия по равнинам? Пусть фактории строятся на месте каждой стоянки? У каждого брода и на каждом крутом холме? Что станет с сетийцами? Что будет с тобой, когда города возрастут вокруг охранных постов? Когда добычи станет мало, когда плуги взроют почву? Куда же ты убежишь?

Тварь махнула тяжелой лапой, рыча и шипя. - Здесь ты чудовище, Шелменат. Ответ тебе ведом.

Она вздернула подбородок, поджала губы. - Отлично. Повинуйся же.

- Да будет по-твоему. Любовь остается величайшим моим врагом. И та, что пленила меня.