Читаем Пазл полностью

Человек взглянул на нависший небом над головой огромный экран внешнего обзора рубки, настоящей рубки управления Корабля. В рубку вошла женщина, жена человека.

И звали её совсем, совсем уж просто - Ева.

Они вместе с надеждой смотрели на доставшийся им лучший из миров, вглядываясь в океаны и континенты, будто уже видели там тревожное будущее своих потомков.

Планета как планета, красивая. Здесь все и начнется. С самого начала.

Теперь это новый дом, новая Планета Людей!

Через пятьдесят тысяч лет их назовут кроманьонцами. Именно так!

А кри, верные кри присмотрят, -х-хрю-хрю!

Старик вздрогнув, проснулся, разбуженный своим же задорным похрапыванием.

Из раскрытой книги все так же отрешенно смотрели на тысячелетия чужой истории египетские боги. Все так же красовался на звериной голове-маске каждого из бессмертных пучок длинных синих иголок.

Глава вторая

Медвежонок

Циклопические осколки скал подпирали и поддерживали острые пики - вершины подводных гор, высоко взметнувшиеся над океаном. Стоящие большим кругом скалы стеной закрывали от океанских волн и ветров десяток разбросанных между ними лагун и мелких озер.

На берегу одного из озер совершенно неестественно зависли в полуметре над пологим берегом два серых овала, абсолютно нездешних и не гармонирующих с окружающим пейзажем. Идеальной геометрической формы, пяти метров в ширину, линзообразных, высотой около метра. Внутри туманных линз пробегали волны света, иногда чуть менялся цвет, но форма оставалась постоянной и несокрушимой, как скалы вокруг.

Этот мир еще несколько лет назад был совершенно мертвым, несмотря на блистающий океан и лазурное небо. И местное светило, будто осознавая тщетность безжизненного бытия, старалось изо всех своих звездных сил, заливая светом сушу и океан.

Но, на камнях, под серыми эллипсами и в воде что-то зеленело жизнью. Может слизь, может плесень, но эти молекулы жизни были в своей тарелке, зелень расползалась по камням и будто бы сама планета приглашала жизнь - входи, не бойся, живи, я твоя!

Чуть выше туманных линз, невидимые снаружи, в радужном колодце ретранслятора, на матовом, отливающим металлом диске, стояли два человека. Два высоких и красивых осколка человеческой расы, исчезнувшей двенадцать тысячелетий назад.

Люди вслушивались в разговор линз-плазмоидов.

- Не-е-е-т, нет, нет, Тура. Не как у тебя, при движении в пространстве, не десять микрон, а сто пятьдесят миллиметров армированного титана. И это, это только наружная обшивка и главные из переборок между отсеками, а сам нос корабля - пятачок, и того толще, что-то, если мне не изменяет память (его квантовая память ему никогда не изменяла), около трехсот миллиметров! - Кто-то, в этой линзе из газа или пара, по-стариковски кашлянул, будто бы подтверждая верность сказанного. Из другого места, видимо, из другого плазмоида, раздался, как показалось людям, голос и звонче, и моложе.

- Ну и чем же, Старк, они разгоняли эту массу для прыжка, я думаю, они все же прыгали, не могли же они летать в реальном пространстве на такие расстояния?

- Да, конечно. - Тот, кого его собеседник назвал Старком, как бы нехотя, согласился.

- Да, процентов восемьдесят массы корабля составляли энергетические реакторы и топливо, тяжелые гиперпространственные приводы еще около семи процентов массы.

Вот и представь, Тура, что оставалось для экипажа, снабжения, аппаратуры, оружия, и,

мы с тобой даже представить не можем, чего еще, ведь брали они с собой все, что могло пригодиться биологическому существу для жизни и выживания в случае аварии или катастрофы. - Он говорил, будто оправдывая людей, но не перед собеседником, а перед собой (он хорошо помнил начало Исхода).

Говорившие не просто говорили, они творили беседу, получая от каждого произнесенного звука, слова, от каждой произнесенной фразы нескрываемое удовольствие и наслаждение. И потому, быть может, разговор по самому построению предложений, по интонации и лексикону походил на разговор двух крестьян, видимо, чтобы ощущать себя ближе к природе. Так, наверное, казалось говорившим.

- Люди считали себя венцом творения, - продолжал старший, - хотя и могли жить в слишком ограниченном диапазоне температур, излучения, давления, гравитации, галактической полярности, пространственно-временного сдвига, о котором они вообще не знали, ускорения, просто места в галактике, и еще многих, многих параметров.

Вот и представь, что они везли с собой, отсюда и масса корабля - около полутора миллионов тонн! - На этот раз крякнул от удивления Тура, который, судя по голосу, и странному для этих созданий почтению, казался намного моложе Старка. Если ничего не скрывать, то Тура, применяя к ним эти родственные понятия, был племянником Старка.